Миссис Бренсвик была не из тех женщин, кто способен потерять дар речи, услышав что-то неприятное или же неожиданное, но сейчас она застыла на месте, не спуская с миссис Стоунвилль яростного взгляда. О, да, она прекрасно осознавала, что эта холодная белокурая леди права, но нельзя же было согласиться с этим!
– Вернемся к Эйприл, – Эмили меньше всего желала разнимать ссору между своей подругой и фермершей. – Ваше предположение отчасти верно – я бы уговорила лорда Уильяма принять на себя опеку о девочке, и в положенное время мы рассказали бы ей правду. Видит бог, для нее лучше было б не знать вовсе о своем происхождении, но кто-нибудь из сплетниц непременно шепнет ей что-то такое, что причинит ей боль.
– Жизнь девочки будет нелегкой, где бы она ни воспитывалась, – мрачно ответила миссис Бренсвик. – В вашем дворце или в фермерском доме, люди всегда будут причинять ей боль, как причиняли ее матери. Это пятно не отскрести даже самым дорогим мылом, не скрыть под нарядными платьями!
– Верно. Но имя и богатство Гренвиллов сможет защитить ее, пусть лишь отчасти. Она получит хорошее приданое и сможет выйти замуж за джентльмена, если захочет. И ее дети не станут жертвами насмешек!
– Как станет она, если останется здесь? – пожилая женщина заметно устала от этого спора, ее огонь угас, и Эмили стало жаль ее. – Моей дочери следовало подумать о том, как прошло ее детство, и не обрекать свое дитя на такую же судьбу. Но Молли была слишком легкомысленной…
– Или несчастной. Пожалуй, мы все наговорили достаточно на сегодня. – Джейн первой поднялась с места, не дожидаясь чая. – Миссис Бренсвик, вам лучше хорошенько обдумать предложение леди Гренвилл и выбрать то, что, по вашему мнению, будет лучше для Эйприл. А леди Гренвилл переговорит с лордом Гренвиллом и объяснит ему, как дурно он поступал, отказываясь признать в Молли свою сестру.
Эмили с сожалением посмотрела на кружку с остывшим поссетом – она так и не сделала ни глотка. Но Джейн права – спор затянулся. Такие люди, как миссис Бренсвик, не могут принимать подобные решения в одночасье, им необходимо как следует подумать. Бедная женщина только что потеряла дочь, а теперь чужие люди хотят забрать у нее и новорожденную внучку – нужно немало сил, чтобы пережить все это.
– Как только вы будете готовы продолжить наш разговор, приезжайте в Гренвилл-парк. – Леди Гренвилл не без сожалений выбралась из удобного кресла. Что ж, она хотя бы согрелась, огонь и волнение окрасили ее бледные щеки в темно-розовый цвет. – Нельзя спешить с таким решением, миссис Стоунвилль знает, о чем говорит. Подумайте, посоветуйтесь с семьей… Я буду ждать известия от вас.
– Я не стану советоваться с братом и тем более с моими племянниками, – резко отмахнулась миссис Бренсвик. – Арчи всегда был добр ко мне, принял Молли и не позволял своим детям дразнить ее. Довольно с него и этого, я не допущу, чтобы он подставлял спину еще и под эту ношу. Сама все решу.
Дверь открылась, и появилась Мег, на этот раз с чайным подносом.
– Выпейте чаю, миледи, вам предстоит долгий обратный путь, по этому холоду без глоточка чего-нибудь горячего вы неминуемо привезете домой лихорадку, – радушный тон миссис Бренсвик совсем не походил на тот, которым она говорила прежде. Как будто, эта женщина разом вспомнила о незыблемых законах гостеприимства после того, как закончился тревожащий ее разговор.
Умоляющий взгляд, который Эмили бросила на свою подругу, подсказал Джейн, что лучше им остаться. Дамы пересели к столу, на который Мег и ее бабушка уже успели поставить дорогие чашки, несомненно, вынимаемые из шкафа не чаще двух-трех раз в году, тяжелый чайник и тарелку с пирогом.
Эмили ласково спросила, не хочет ли и мистер Колтон посидеть с ними, и Мег убежала за дедушкой. Старик явился так скоро, что мысль о подслушивании снова пришла в голову леди Гренвилл.
Следующие полчаса хозяева и гости чинно пили чай и вели неспешную беседу о скорой весне, надеждах на хороший урожай и, конечно же, об ужасном происшествии с сестрой миледи, которого, к счастью, не случилось на самом деле. Об Эйприл не было сказано ни слова, и Эмили так и не собралась с духом попросить принести ребенка, как бы сильно ей ни хотелось взглянуть на девочку. Похожа ли она на Гренвиллов? И может, тогда для малышки найдется место в сердце Уильяма? К Люси он относился приветливо, но не проявлял сколько-нибудь заметной привязанности, да Эмили и не надеялась на это. Здесь же совсем другое дело – Эйприл приходится лорду Гренвиллу родней, от общей крови нельзя отмахнуться, как бы ни хотелось.