Там меня встретили ещё восемь парней, все с оружием. Они посмеялись, когда я заскочил внутрь.
На тот момент я всего ничего своим Даром владел. С двумя целям справился бы легко. С тремя — пришлось бы немного напрячься. Этих было десять, и они кинулись на меня. Я уже не помню всех подробностей той драки. Да и не запоминал тогда. Скажу, чем закончилась драка. Я остался жив, а остальные умерли от моих рук. Себя я не сдерживал. Без последствий не обошлось. У меня было несколько глубоких ран, многочисленные ушибы. Чувствовал я себя предельно хреново. Только и смог, что сползли по стенке да замереть, тяжело дыша.
Именно в этот момент пространство затрещало. Что-то его разорвало, пробило брешь. Впервые я увидел, как формируется проход на Грань. Откуда выбрался Мудрец.
Мудрецы не люди. Церковь Мудрости нагло врёт, изображая их куда величественнее и благороднее, чем то существо, которое я увидел. Подобно червяку, оно протиснулось в узкую щель. Пропихнуло себя, затащило внутрь, ко мне. Огляделось, увидело меня. Оно было высокое, под два метра ростом. Сутулилось. Длинные руки почти касались пола. Было в этом что-то звериное, но в то же время и нечто противоестественное. Лицо было какое-то детское, если бы не безумный взгляд.
А дальше… Дальше Мудрец вырвал мне сердце, что-то сделал и вернул его обратно. Наверное, он сделал что-то ещё, потому что я не истёк кровью. Мои раны закрылись. Сердце встало на место и забилось вновь. Мудрец ушёл, а я остался там, тихо завывая от ужаса. Это существо напугало меня так, что, оставайся силы, я бы выбежал на улицу и бежал, пока не упал бы замертво.
— Что было дальше? — тихо спросил Савелий, когда я остановился, чтобы перевести дух. — Твой Дар связан с Мудрецом?
— Обо всём по порядку, — ответил я устало.
Вроде сегодня ничего не делал, а устал так, что едва зевки сдерживаю.
— Провалялся я там до самого утра. Так и не отключился. Смотрел на трупы вокруг, как проход на Грань дрожит. Думал, так и найдут. Нашёл старик. Как отыскал — не знаю, он не сказал. Уговорил меня свалить. Сказал, что сейчас от меня Гранью разит, и если десяток трупов со мной свяжут… Сейчас его слова уже не кажутся такими логичными, но тогда я был в таком состоянии, что сделал всё, как он сказал. В себя пришёл, когда уже в казарме жил, подписав контракт с Барсами.
— Не похоже на тебя.
— Вот и представь, насколько меня тогда напугало.
— Если бы мне сердце вырвал Мудрец… Ты уверен, что это был он?
Я задумался и покачал головой.
— Кто ещё? На той стороне только они разумные.
— Пожалуй, — задумался Сава. — Но мотив и правда странный. Что, сложно от трупов-то избавиться? В реку их и всё. А тебя на неделю в деревню или ещё куда. Скорее, поверю в то, что старик решил тебя на войну отправить, чтобы опыта набрался.
— Да Грань его знает, — отмахнулся я. — Что было, то было. Постепенно до меня дошло, что Мудрец что-то внутри изменил. Я стал чужие Дары чувствовать. В конечном счёте научился их отбирать.
— Звучит слишком круто, чтобы быть правдой.
— Проверил лично. Твой Дар забрал у одного противника за ленточкой.
— Как? В смысле, как ты это делаешь?
— Сложно сказать. В бою отобрал. Когда тот уже умирал. Вот такая вот история. Вижу, хуже тебе становится. Мать ругаться будет, если поздно вернёмся?
— Пара часов у нас точно есть. Не уверен, что высижу их, — признался он.
Из дома мы свалили в восьмом часу. Пока до берлоги дошли, пока пообщались, пока до чужого района топали, пока эти дрались, пока возвращались. Сейчас десятый час где-то. Не хотелось бы матушку в первый же день поздним возвращением напрягать. Да и Савелию худо становится.
— Брат, сконцентрируйся, — сказал я. — Пока ты совсем не вырубился, надо несколько вещей обсудить. Первая — про мои особенности молчи. Про мою Власть тоже молчи. Её не так страшно раскрыть, а вот особый талант… В лучшем случае меня какое семейство вежливо попросит жениться на какой-нибудь их дочке. В худшем — ты и сам понимаешь. На цепь посадят или убьют. Семья тоже в зоне риска. Поэтому — молчок.
— От меня никто слова не услышит. Я не идиот.
— Отлично. Второе — у меня есть основания думать, что Игорь причастен к тому удару в спину.
— Это… серьёзно. — Сава проговорил это медленно, но не сказать, что удивился.
— Доводы обсудим потом. Сейчас важно то, что он либо думает, что я в курсе, либо думает, что я не в курсе, либо думает, что я догадываюсь. В первом случае закончить начатое и убить меня — логичный шаг. А там и тебя, потому что он будет уверен, что я поделюсь. Во втором случае он попытается наладить со мной отношения и прощупать. В третьем… Вот скажи. Если бы ты хотел убить брата, а потом он внезапно пропал, что бы ты делал?