– Сядьте, пожалуйста. – Разрушил тишину Августин, когда закончил облачать Шелдона в нижний слой дневного костюма из белоснежного хлопка. – Ваша причёска ведёт крайне экспрессивное повествование о бурно проведённых ночных часах. Позвольте мне исправить и это недоразумение тоже.
Не дождавшись ответного действия, Августин сам надавил принцу на плечи. Он достал из сумки у себя на поясе гребень и начал пытаться вычесать запутанные пряди. Волосы неприятно тянуло из-за его быстрых движений.
– Ещё немного отрастёт, и вас с сестрой будет совсем не отличить, – бормотал он за работой.
– О нет, носить женское платье я не планирую, – морщась от боли отвечал Шелдон. – А можно как-то поаккуратнее? Ай!
– Это, безусловно, вселяет в меня надежду. – Просьбу Августин проигнорировал. – Однако, зная Ваше умение доводить любую шутку до абсурда, я бы не удивился. Не сочтите за оскорбление.
Шелдон усмехнулся и снова скривился от того, что гребень наткнулся на колтун.
Нависшая над ним фигура камердинера перекрывала свет из окна. Прямо над ухом дребезжала цепочка, которая соединяла одну из множества его пуговиц с отполированной брошью в виде ливрейного знака Шелдона. Он придумал этот символ в день своего совершеннолетия, хотя и пришлось выслушать яростные недоумения герольдмейстера из-за его простоты: там был всего лишь витиеватый лук со стрелой, направленной в сторону.
Стрела. Та самая, что попала в упыря ночью.
Её обломки наверняка всё ещё остались лежать в черепках разбитого горшка, а следы вампирской крови на них могли бы дать новую информацию. Может быть её подобрал хозяин дома, но он наверняка не откажется отдать трофей своему спасителю.
– А куда мы так торопимся? – оживившимся голосом спросил он, когда Августин положил гребень обратно в свою сумку.
– Король настоятельно попросил разбудить вас. Он хочет, чтобы вы отобедали с ним и сестрой.
– Отобедали? Что же вы так поздно меня разбудили! – Шелдон подскочил и схватился за плечи слуги. – Надо поторопиться. Кто мы такие, чтобы перечить королю?
Августин такого энтузиазма не оценил.
– Милорд, вы больны? С вами всё хорошо?
Он потянул руку к лбу принца, на что тот лишь отмахнулся. Так быстро показывать своё послушание было ошибкой, но отказываться от своей затеи уже было нельзя.
– Просто я понял, что действительно хочу есть, да и хватит, наверное, гневать отца. – Он одарил слугу наимилейшей улыбкой, от которой тот с недоверием нахмурил брови. – Это просто Вы так хорошо на меня влияете. Принесите мне чистый дублет.
Августин ещё секунду смотрел на него как на душевнобольного, но сказанная фраза ему польстила. Плечи опустились, и он отошёл, по обыкновению заводя одну руку за спину.
– Рад это слышать. Будут какие-то пожелания по выбору дублета?
– Да. Припоминаю, такой красный с серебряными лилиями. Принесите его.
– Красный? Вы же не любите красный.
– Настроение у меня такое сегодня. Поищите.
С задумчивым видом Августин откланялся и направился в гардеробную. Принц, провожая его взглядом, с усмешкой подумал, что бедняга сейчас, наверное, отчаянно вспоминает, есть ли такая вещь вообще.
Шелдон думал, что нет.
Стоило двери закрыться, как он сорвался с места к сундуку у камина. Крышка от движения скрипнула, но этот звук точно совпал с шарканьем лестницы, которую Августин переставил для поиска дублета на верхней полке.
В сундуке лежала простая одежда из грубого материала. Вспомнилось сразу изумлённое лицо конюха, когда принц попросил его принести пару своих вещей. За два золотых он был достаточно сговорчив.
– Милорд, я вижу красный с золотой вышивкой, может вы его имеете в виду? – Донеслось из-за двери.
– Нет! Я же сказал с серебряной, – Шелдон специально повысил голос, чтобы незаметно достать вещи и поставить на пол длинные сапоги из толстой кожи.
Туника прямого кроя села на него мешком и сразу же скрыла аристократический силуэт. От льняной ткани ещё несло конюшней и потом. Осталось лишь спрятать под неё вышитый узорами воротник сорочки и такие же манжеты на рукавах. Шелдон просто завернул их внутрь. Теперь нужно было разобраться с низом.