— Он хочет купить наш дом.
— Но мы его не продаём, — удивилась я.
— Ха, таких как он не волнует наше мнение.
— Он бандит, да?
— А чёрт его знает. Но рожа неприятная.
— Ба, а зачем ему наш дом? Из-за земли?
— Да, внучка. Ведь только мы и ещё несколько домов остались в этом районе. Земля им наша нужна, чтобы построить здесь пентхаусы для богачей. Центр города всё-таки.
— Ах, бабушка. И давно у нас дом хотят купить?
— Да вот уже второй месяц ходит. Я оборону держу.
— А если в полицию обратиться?
— С чем ты обратишься, внучка? Какую статью закона нарушил этот человек?
— Я не знаю. Ну должен же быть какой-то выход?
— Должен. И мы обязательно его найдём.
Я была на работе, когда позвонила Машка и поставила перед фактом, что сегодня вечером мы идём тусить в клуб, а завтра у нас будет шопинг — нужно купить туфли для подружки невесты, да и самой невесте что-то не хватает по мелочи. Я пыталась дать задний ход, но Машка стала обижаться.
— А я бы пришла на твой девичник, Жень.
— Маш, ну, где я, а где клубы? — усмехнулась. — Вы с девчонками танцевать любите, а я не танцую. Ты же знаешь.
— Угу, ещё и не пьёшь, и на мальчиков не смотришь. Скучная ты, — обиженно фыркнула подруга, а затем поспешила добавить: — если не придёшь, то я не буду с тобой разговаривать до самой свадьбы.
Скрепя сердце я согласилась, а как иначе? Мы же с Машкой дружим с первого класса, за эти годы она мне стала как сестрой, которой у меня никогда не было.
Я доработала до конца смены, а в восемь часов вечера закрыла цветочный киоск и потопала домой. И пока я шла, меня не покидало стойкое ощущение, будто за мной следят. Обернулась. Вроде никого подозрительного, да только сердце бухало в груди с таким грохотом, что казалось его стук слышно на всю округу. А ещё позади меня мелькнула чёрная иномарка и в голове тут же всплыл образ того неприятного мужика, что буквально недавно стал незваным гостем в доме моей бабушки. Попыталась прогнать дурацкое чувство тревоги. Просто я себя накручиваю, и никто за мной не следит, ну сколько таких иномарок в нашем городе?
— Мне кажется, она сильно короткая, — я потянула юбку вниз, и Машка тут же закатила глаза.
— Тебе кажется, Жень.
— Да? Тогда почему у меня такое ощущение, что я голая?
— Да потому что ты привыкла ходить в своих балахонах.
Машка подошла сзади, обняла меня за талию и устроила голову на моём плече.
— Жень, посмотри в зеркало и скажи, кого ты там видишь?
— Вижу вульгарно одетую девушку. Джинсовая юбка едва прикрывает филейную часть, а эта майка слишком обтягивает грудь и вырез глубокий.
— Глупышка. А я в зеркале вижу молодую и привлекательную девушку. Юбка ни разу не короткая, да и майка вполне себе приличная. Между прочим, я в ней на пары в универ ходила, а там у нас абы в чём не пускают.
Вдруг Машка потянулась к моим волосам.
— Так… Сейчас мы сделаем из тебя настоящую красотку.
— Может, не надо?
— Надо, Женя. Очень надо. Мы пойдём в клуб и там кого-нибудь для тебя подцепим.
— Мне никто не нужен, — резко возразила я, да только Машке было плевать на все мои протесты. Она схватилась за плойку и стала подкручивать мои волосы.
— А сейчас мы тебе сделаем макияж.
Я уже не сопротивлялась, понимая, что Машка вцепилась в меня клещами и теперь вряд ли отпустит. В зеркале я себя не узнала. Не помню, когда в последний раз так выглядела красиво как сейчас. Нет, не так! Я никогда не была такой красивой.
Тёмные волосы спадали на плечи волнами, я коснулась локонов, и они слегка подпрыгнули на моей ладони. Маша подвела мне брови, делая их более выразительными. Нанесла на веки тени бледно-розового цвета, а ресницы подкрасила чёрной тушью. Я захлопала ими и вдруг поняла, что сейчас они идеальные: пушистые, длинные и объёмные, как у моделей в рекламе по телевизору. Скулы подчеркнули румяна, а мои ненавистные шрамы от ветряной оспы были совсем незаметны — Машка скрыла их консилером. И я бы никогда не поверила, что могу выглядеть настолько круто, если бы сейчас не смотрела на себя в зеркальном отражении.
— Теперь помада. Надеюсь, ты хоть умеешь красить губы? — ухмыльнулась подруга.
— Машка, я не такой уж и динозавр. Конечно, я умею. У меня даже помада есть.
— Гигиеническая, чтобы губы зимой не обветривались?
— Ха-ха-ха, — наигранно засмеялась, отбирая из цепких пальцев подруги губную помаду.
— Знаешь, Женька, вот смотрю на тебя сейчас и думаю, какой же дурак тебя профукал. Ты же настоящий бриллиант, а отец Тимофея слепой олух, раз не смог отличить дешёвую подделку от драгоценности.