Освоившись с ходьбой по комнате, я оделся и вышел в коридор. В мыслях было желание дойти до обеденного зала и поесть. Но, как оказалось, там сидели поникшие отец и брат, обсуждавшие меня.
— Даже не знаю, что теперь делать, — признался отец Борис фон Аден. — Так и не увеличился источник?
— Ни на единицу, — сокрушённо ответил брат. — Такое ощущение, что внутри него что-то сопротивляется увеличению уровня. Видать, так и будет обычным рыцарем, пушечным мясом. Вот, если бы до двухсот пятидесяти хотя бы дотянули…
— Да уж, — отозвался на его мысли отец, — и наследуемого дворянства нам тоже не видать. Только личное. А уж титул-то и подавно.
— Бать, а деньги за артефакт можно вернуть? — заикнулся, на удивление, практичный брат.
— Какой там… Сам знаешь, магия тёмная, на основе демонической. Если где-то заикнёмся о её применении, нас самих прирежут, как псов шелудивых, в назидание остальным.
— Как он только в себя пришёл… — покачал головой брат. — Он когда заговорил, я думал поседею раньше времени.
— То был добрый знак, значит, выживет, — бескомпромиссно ответил отец и тряхнул головой, но я-то заметил, как сжались его кулаки.
Я не сдержал улыбку. Мне было очень приятно слышать их голоса, такие молодые и чистые. И это, несмотря на то, что они сейчас были сильно разочарованы прошедшим не по плану ритуалом. Конечно, им было печально, что грозный некогда род Аденов породил мага, не способного выйти за рамки новика — низшего уровня владения магией с источником объёмом в сто единиц. Ну и с дворянством должны были возникнуть проблемы.
Это просто ни отец, ни брат не знали, что буквально через пять дней им будет даровано наследное дворянство, баронский титул и клочок земли, из-за которого в дальнейшем и начнутся все наши проблемы.
М-да, не те их проблемы волнуют. Совсем не те, на которых следует сосредоточиться!
И тут на меня накатила грусть. Я понимал, что за тонкой перегородкой, в обеденном зале сейчас сидят два человека, которых я пережил на добрых пятнадцать лет. И я точно помнил, как и почему они умерли.
Я стряхнул оцепенение прошлого. Нужно перестраиваться и прекращать грустить. Саламандра вернула меня в прошлое, где все ещё живы. Теперь всё зависело только от меня. Я обязательно не допущу гибели собственной семьи и отомщу тем, кто нас предал. Я в жизни не поверю, что лавина событий, уничтожившая род Аденов, создалась сама по себе, без чьей-то руководящей руки. Этого кукловода мне и следовало определить.
«Нужно сесть и записать все проблемы, возникшие с момента дарования нам титула. Руководствуясь списком, я смогу избежать всех ошибок, устраняя их одну за другой».
Я вернулся к себе в комнату и сел за письменный стол. Когда-то я его терпеть не мог, потому что был вынужден делать за ним уроки вместо того, чтобы гулять со сверстниками. А сейчас я с огромным теплом провёл пальцем по потемневшему дереву. Чёрт, я ощущал себя призраком, вернувшимся в собственную юность.
Впрочем, не важно. Все мои эмоции означают лишь то, что во мне не всё умерло за годы каторги. А это неплохо. Наверное.
Итак, с чего всё началось? С титула и наследуемого дворянства. А точнее, земли, которую нам выделили не под защитой Стены, а на диких территориях среди горных хребтов. Защищать мы должны были её сами. Тогда наша семья стала готовиться к переезду, и мою сестру отдали на время в пансионат благородных девиц вместо школы родовичей, ведь магия у неё так и не успела проснуться. Тащить в приграничье её побоялись, а через некоторое время сестра умерла в пансионате при загадочных обстоятельствах.
Я поставил жирную цифру «один» и подписал: «Ада фон Аден».
После этого всё понеслось практически без остановки. Мать была убита горем и практически не выходила из своей комнаты в новой усадьбе. Отец бросил стройку, и лишь брат что-то ещё пытался сделать. Но что они вообще могли предпринять?
Я горько усмехнулся, вспоминая те времена. Это было странно: жгучее солнце, красивое озеро, великолепный дом, хоть и с незаконченным ремонтом. И флёр горя, повисший над всем этим.
А затем случился прорыв демонов, который поставили в вину нашему роду. И это не взирая на то, что мой брат погиб, пытаясь сдержать полчища враждебных тварей. А отец, пытаясь его защитить и вытащить.
Если бы тогда у отца получился бы огненный шторм, подобный моему… Тогда бы он оказался рядом со мной на каторге.
Под цифрой «два» я написал: «Борис фон Аден, Дмитрий фон Аден», а в скобках добавил (странный прорыв).