Однако никто не смел затеять ссору и вообще высказать своё недовольство. Все знали, что в таком случае они будут иметь дело с самим Бутурлиным. А этого не хотелось никому.
Зато, глядя на трясущихся и забитых дворян, среди которых, наверняка, были детишки графов и князей, я ещё больше зауважал Ивана Васильевича. За его принципиальность и жёсткую позицию.
Затем мы подошли к основанию Стены. Тут нас ожидал открытый подъёмник. Практически такой же, как был и на той части Стены, за которую я отвечал последние пятнадцать лет своей жизни. И всё равно сердце дрогнуло от предвкушения.
Мы погрузились на площадку и начали подъём. Всё-таки тут конструкция была более устаревшая, хотя и выглядела новее. Что неудивительно, учитывая моё путешествие во времени.
Но я-то был привычным. Я знал, что метров через пятьсот-семьсот подъёма начнётся настоящая красота. А вот ребята видели всё это в первый раз. У всех приоткрылись рты. А вот у Зорич, кажется, даже глаза увлажнились.
Мы видели под собой склоны небольших гор, кое-где поросших растительностью, местами присыпанных снегом. Величественное зрелище, уплывающее всё ниже и ниже. И всё это накрыто пронзительно-голубым небом, в нижнем углу которого сияет восходящее солнце.
Под ним блестит русло далёкой и быстрой горной речушки. С солнечной стороны сверкал снег, заставляя жмуриться. Каньоны и ущелья отсюда казались простыми складками на почве.
Если не понимать, где находишься, можно было представить, что перед тобой просто перепаханное поле, а не вставшие дыбом от столкновения континентов хребты.
— О-бал-деть! — проговорил Тагай. — Это невероятно величественно!
Остальные молчали. Они наслаждались.
Наверху нас встретил Бутурлин собственной персоной. Он выглядел так, словно проспал как минимум десять часов и отлично выспался. А ведь я знал, что он вряд ли пару часов смог выделить для сна.
— Курсант фон Аден в составе пятёрки для прохождения дежурства на Стене прибыл, — отчеканил я, вытянувшись в струнку, после чего отдал воинское приветствие. — Прошу уточнить сектор патрулирования, основные задачи и указать, к кому мы прикреплены на время прохождения практики.
У Бутурлина дёрнулась щека после моей речи. Но при всём том, он ответил мне аналогичным воинским приветствием.
— К кому прикреплены? — хмыкнул он и посмотрел мне в глаза.
— Давай напрямую, твои же на Стене служат?
— Так точно, — кивнул я.
— Ну вот, нет у вас основной группы, к которой я мог бы вас прикрепить, — он развёл руками. — Была. Вчера. Только я их разогнал к чёртовой матери, потому что это не то место, чтобы икру шампанским запивать! Двое остались, — он выдохнул, а потом приложил руку в толстой рукавице ко рту, и я едва успел понять, что он в неё спрятал смешок. — Но они сейчас неспособны выполнять боевые задачи. Да вообще никакие. Поэтому давайте с вами договоримся так: вы сами прогуляетесь, если замёрзнете, погреетесь. Вы же без магии пока.
Тут он присмотрелся к моему лицу. А затем к лицам моих спутников.
— Убийца демонов, что ли? — не поверил он своим глазам, после чего хохотнул. — Молодцы, нечего сказать! Вижу, не пропадёте. Предусмотрительные. Вопросы есть, бойцы?
У меня вопросов не было. Но тут совершенно неожиданно руку поднял Артём.
— Говори, — сказал ему Бутурлин, приподняв густые брови.
И тут я увидел, что он тоже намазался мазью. Что ж, генерал знает, как действовать.
— Скажите, пожалуйста, а зачем нужны такие вот кольцевые форты? — спросил Муратов и показал рукой на Стену под нами. — Мы же далеко от настоящей Стены, так? А тут что? Фикция?
— Хороший вопрос, — кивнул ему Иван Васильевич. — Правильный. Ты, курсант Муратов, пойми вот что: линия обороны никогда не бывает просто линией. По факту — это всегда несколько рубежей. На любом фронте есть так называемые линии обороны. Как правило их две или три. В нашем конкретном случае горы можно считать — первой линией обороны и препятствием в виде естественного рельефа местности. В таком случае Стена, находящаяся южнее того места, где стоим мы, будет второй линией обороны. А вот такие, как ты выразился, форты стоят в местах, где есть ущелья, прорехи в горных хребтах. Это, так сказать, третья линия обороны. Если демоны каким-то образом пройдут первые две, то их будут встречать тут, опираясь на данные сооружения.
— Спасибо, — невероятно серьёзным тоном сказал Артём и добавил: — Вы очень доступно объяснили. Я всё понял.
— Рад, что смог помочь, — с точно такой же серьёзностью ответил Бутурлин. — Если что, подобных защитных укреплений больше двух десятков раскидано в горах на всём протяжении линии фронта, — он кивнул нам. — Успешного дежурства, курсанты! Рад, что хоть кто-то относится к учениям серьёзно, как и подобает.