— Это что она удумала? — спросил я, полагая, что она просто нас проводит, то есть будет следовать впереди.
Но, как только её хвост, усеянный мохнатыми и мягкими волосками, упёрся в ноги Аркви, сколотура остановилась. А после этого присела на своих многочисленных лапах.
— Предлагает довезти, — ухмыльнулся Аркви. — И это будет эпично. Я давным-давно не использовал подобный вид транспорта.
С этими словами он сел верхом на хвост этого животного и продвинулся на несколько секций вперёд. После чего лёг и приник к туловищу твари. Я последовал его примеру, благо, места он мне оставил предостаточно.
— Есть какие-нибудь специальные хитрости? — спросил я.
— Ага, — хмыкнул мой спутник. — Пригнись и держись крепче!
Я сделал, как он сказал, и совсем скоро понял, почему. Сколотура сорвалась с места, как сани с крутой горки. С очень крутой горки. У меня буквально ветер засвистел в ушах. Создалось впечатление, что скорость нашего передвижения перекрывает и скорость дирижабля, и скорость поезда, и даже скорость тех самых санок, несущихся почти с отвесной стены.
Руками и коленями я отлично чувствовал потоки воздуха. И те, и другие заледенели в первую минуту путешествия. А оно оказалось не таким уж и коротким. Зато запоминающимся.
Кроме того, что мы постоянно взлетали на какие-то бугры, которые мы бы при своей обычной скорости и не заметили бы, ну максимум, как возвышения, и периодически срывались в небольшие пропасти, когда у меня желудок подкатывал к горлу, мы ещё очень круто забирали то вправо, то влево. И вот тут держаться приходилось очень крепко, так как меня норовило скинуть с секции, в волоски которой я вцепился мёртвой хваткой.
Но и это ещё не всё. Иногда пол у коридора отсутствовал. Его просто не было. Внизу под нами простиралась ничем неприкрытая бездна. Мы бы не прошли тут, это абсолютно точно. Скажу больше, в километре под нами нехотя бурлила оранжевая лава. Но она была медлительна и неповоротлива, словно уже застывала.
И вот в эти моменты наше живое транспортное средство перескакивало на стену и продолжало двигаться по ней. А когда заканчивалась и стена, переключалась на потолок.
Лёд вокруг пропал с тех пор, как появились подобные провалы. Нет, может быть, конечно, и встречался ещё местами, но мне было не до этого. Я вцепился в спасительные волоски ещё сильнее, так, что у меня побелели костяшки пальцев. Теперь мне ещё больше нравилось, что волоски эти ворсистые и пальцы с них не соскальзывают.
Правда, очень быстро они пропитались моим потом. Но отпустить и перехватиться я не рисковал, так как скорость оставалась всё ещё очень высокой.
Спустя двадцать минут подобной поездки, которая могла показаться и вечностью, и мимолётным событием, в зависимости от эмоций, которые получал едущий, сколотура начала замедляться. Причём, постепенно, без рывков. Вот кому в машинисты бы пойти.
Ещё несколько секунд плавного хода мы остановились окончательно. Аркви сразу же распрямился и слез с питомца Кемизов.
Мы оказались совсем в другом подземном туннеле. Это был огромный коридор, где стоящая перед нами животина уже не дотягивалась ногами до всех его сторон. Более того, тут всё было обработано и вытесано тщательнейшим образом. На стенах и потолке виднелись гравюры, панно, мозаики. Да, сейчас они были не в самом лучшем состоянии, но было видно, что когда-то это были самые настоящие произведения искусства.
Всё это я увидел в свете огней, запущенных Аркви. Тот оглядывал всё это, и на его губах играла такая улыбка, что начинало щемить сердце. Более того, я заметил, что мой спутник сильно помолодел. Сейчас он был максимум на поколение старше моего отца. То есть крепкий пожилой человек, но никак не древний старик, работавший при конюшне.
— Где мы? — спросил я, глядя на пейзажи, изображение сцен мирной жизни, заливные луга, леса, фонтаны, но, главное, тысячи радостных и счастливых людей, большая часть из которых носила волосы насыщенного красно-рубинового цвета.
— Под городской ратушей Агни, — сказал на это мой спутник. — Мы с тобой находимся в подземном ходе, который когда-то вёл от городской ратуши, места, где работал наместник этой части империи, до загородной усадьбы Аденизов. Отсюда же был сделан специальный переход, — Аркви внезапно замолчал и вздохнул, — частично обрушившийся, который должен был спасти твоего прадеда и старика Кемиза.