И тут я увидел всех троих буквально в десяти-пятнадцати метрах впереди. Они осматривали пространство возле окна. То ли тоже влезть хотели, то ли следили, чтобы никто оттуда не вылез. Я решил снять сразу всех троих.
Нет, были бы это какие-нибудь хулиганы, я бы может быть, стрельнул бы им фаерами по ногам, на том и ограничился бы. Может, ещё связал бы их собственными ремнями. Но эти профи знали, на что шли. Тем более, я терпеть не могу, когда нападают на моих друзей.
Я решил использовать полог бабушки Зарины, который уже получался у меня на вступительном тестировании в академию. Тогда демона упеленало качественно, но не убило. То что нужно для взятия языка. Только в этот раз то ли из-за излишних усердий, то ли из-за остаточного алкоголя в крови что-то пошло не так. Вместо полога получилась завеса из множества огненных капель, которые отработали тоже эффективно, но гораздо более жёстко.
Они обернули всех троих грабителей, словно пляшущие огни Эльма, да и сошлись к центру прожигая нападавших насквозь. Те безмолвно обрушились наземь, видимо, до последнего ничего не заметив
Я подошёл к телам и присел возле ближайшего из них. Мертвы. С дырками в груди и голове не очень-то повоюешь.
Особых угрызений совести я не испытывал. Не после пятнадцати лет на Стене, где-либо ты, либо тебя. Но и нынешняя ситуация мне не понравилась. Надо бы расширить свой арсенал. Хоть магия огня носит в основном атакующий характер, но должно же быть и что-то на подобный случай. Далеко не всегда нужно убивать всех и вся.
Я принялся быстро обыскивать тела, чтобы найти хоть какие-нибудь улики. Надо же понимать, кто покусился на скорлупу и решился из-за этого на кражу. Причём, я был практически на сто процентов уверен, что всё это из-за скорлупы. И я даже подозревал, кто мог слить информацию о столь редком ингредиенте на сторону. Служащий банка очень уж нервничал во время передачи содержимого ячейки Жердеву-старшему. Но естественно при нападающих не обнаружилось никаких указаний, одинаковых амулетов и на худой конец татуировок.
Признав, что детектив из меня получился хреновый, я уже собрался продолжить обход, как вдруг обо что-то запнулся. Рядом с телами в траве лежала болванка для конструкта. Ага, а вот это уже тянет на улику. По такой болванке многое можно выяснить!
Рассмотреть я её не успел, потому что услышал чуть дальше вскрик Тагая. И сразу же ринулся на звуки. Где-то совсем недалеко шла тихая возня.
За кустами живой изгороди Тагай боролся с каким-то бугаем, который был на полторы головы выше него. Да и сильнее раза в два. Он даже мне очень сильно напомнил того, который проиграл Косте в финале борьбы на руках. Но это точно был не он, просто похож по физическим параметрам.
Тагай же тянулся к его шее, стремясь передавить её, чтобы бугай вырубился из-за нехватки кислорода. Только вот верзила взял моего друга за шиворот, словно мелкую собачку, и без раздумий сдёрнул с загривка, тут же приложив об угол дома.
Твою мать! Хоть бы череп не проломил!
А бугай не остановился и для верности решил добавить. Я буквально видел как медленно приближается висок Тагая к кирпичной кладке, и ничего иного не придумал, кроме как зашвырнуть огненный шар прямо в голову громиле.
Я попал. Шар прожёг бугаю череп и опалил волосы у Тагая. Висок друга замер в паре сантиметров у кирпичной кладки, а затем рука здоровяка безвольно упала. Вторая разжалась, выпуская Тагая из тисков. А затем и сам бугай лёг на траву.
Я рванул к другу и принялся несильно хлопать его по щекам, предварительно проверив, что тот всё ещё дышит.
— Ну же! Приходи в себя!
Я провел рукой по траве, покрытой капельками росы, а после умыл друга. Влага подействовала лучше хлопков, и тот открыл всё ещё мутные глаза.
— Большое спасибо, — слегка заплетающимся языком проговорил друг. — Ты меня спас.
— Это понятно, — тихо, но достаточно резко проговорил я, оглядываясь по сторонам. — Ты чего силой-то своей не воспользовался?
— Да у него вон — амулет против воздействия оказался, — словно оправдываясь проговорил Тагай.
Я наклонился, чтобы снять амулет, который тоже пойдёт в качестве улики, и тут понял, что бугай-то не мёртв, несмотря на полученную рану. Он ещё вполне себе жив. Придётся связать.
— Хорошо, что мозга нет, — пробурчал я себе под нос, стягивая ремнём его руки. — А то сотрясение было бы, — впрочем, не думаю, что жить ему оставалось дольше нескольких минут.