Сообразив это, он тут же упал на пол и пополз к аптечке-деактиватору. Но тут всё было рассчитано. Он подцепил её начавшими неметь пальцами, открыл, схватил шприц с антидотом и вколол себе в плечо, практически не глядя. Место попадания вещества было практически неважно.
Дальнейшие действия тоже были отработаны до мелочей. Игорь Вениаминович засёк время до того, как антидот подействует полностью. Затем схватил телефон и сообщил заспанной телефонистке, что ему срочно нужен отдел полиции. Там уже сообщил о произошедшем нападении. Там ответили просто:
— Ожидайте.
Ну Жердев-старший и сел на пол так, чтобы держать в поле зрения окна и двери на всякий случай. Предстояло дождаться рассвет и полицию. В это время воздушный купол прекратил своё действие. Это означало, что протокол отработал до конца и газ выведен из помещения полностью. Шум воздушного конструкта ранее мешал расслышать что-либо за пределами лаборатории, но теперь совсем недалеко от того места, где сидел Игорь Вениаминович, раздались тихие разговоры.
— Что ты копаешься! — говорил один голос другому с явным раздражением. — Взламывай давай! Сам говорил же, что дел на пять минут: зашли и вышли!
— Да хрен его знает, — огрызался второй. — Защита вроде бы простая, но стоит как будто задом наперёд!
«Ну-ну, — снова со смешком подумал про себя Игорь Вениаминович. — Эту защиту одновременно устанавливали пятеро пьяных артефакторов, причём на спор. И как это теперь взломать, не знают даже они. Поэтому флаг вам в руки! А если даже получится, то у меня есть, чем вас удивить!»
И тут в дверь со стороны дома тихонечко поскреблись. Жердев-старший аккуратно подполз туда. Неужели и через дом решили проникнуть? Впрочем, это ничего не меняет.
— Бать, — внезапно раздался шёпот из-за двери. — Это я. Штурмовиков мы уложили, сейчас с входной группой разберёмся. Ты как?
— Я в порядке, — ответил тот. — А вы не рискуйте. Я полицию уже вызвал.
Если что-то плохое может случиться, оно непременно случится, гласит один непреложный закон. Но Шпейер никак не мог предположить, что провалятся абсолютно все части разработанной им операции.
Не помогли даже ментальные амулеты, дающие ему связь с «Малышом» — его правой рукой именно в этом деле. «Малыш» — была кличка с иронией, так как у того малыша была косая сажень в плечах, и ещё немного. Но при этом он был не только толковым малым, но ещё и мог дать отпор практически в любой непредвиденной ситуации.
Что же касалось амулетов, они давали связь на расстоянии, и можно было координировать свои действия. К сожалению, дальность этих амулетов не превышала пятидесяти метров. Зато они попутно защищали от различного влияния на разум, включая программирование менталистов.
И вот Малыш внезапно вышел на связь.
— Тут у меня один не уснувший, — проговорил он. — Ох, и прыткий! Сейчас я его…
Но тут его перебили артефакторы, которые возле Шпейера копались с защитой лаборатории.
— Эй, шеф, так не пойдёт, — разогнулся один из них. — Тут мало того, что вся защита задом наперёд стоит, так их тут ещё пять разных!
— И что? — с неудовольствием оскалился Фридрих. — Вскрывайте, я вам за это плачу⁈
— Нет-нет, — второй тоже разогнулся, отвлёкшись от дела. — Мы так не договаривались. Речь была про одну защиту. Мы были готовы к комплексной, даже к двойной. Но пять слоёв без подготовки — это тоже самое, что лезть в императорскую казну с голыми руками, надеясь, что в охране одни идиоты.
— Когда мне будет интересно ваше мнение, — сквозь зубы процедил Шпейер, — я обязательно вас спрошу. А пока — ломайте!
— Это невозможно, — покачал головой первый.
«Что ж, — подумал Фридрих. — Надо вызывать Малыша, и вместе прописать ускорение артефакторам».
«Малыш, — позвал он ментально. — Что с прытким?»
Ответа не было. Шпейер попробовал ещё несколько раз, но ответом ему была только тишина. «Да твою ж мать! — подумал он. — Этот дурак амулет что ли потерял?»
В то, что кто-то мог одолеть Малыша в бою, Фридрих не верил. Такое было просто невозможно. К тому же один на один.
Но выхода не было, надо было найти все группы и перераспределить их. Осознание масштаба провала, к которому неслась, словно горная лавина, их миссия, к Шпейеру пришло в тот момент, когда он обнаружил троих штурмовиков лежащих в кустах с дырками в телах и голове.
«Что за садист тут работал?» — только и смог подумать он.
А следом он обнаружил Малыша тоже с пробитой головой. Амулет с его шеи пропал. Зато недалеко лежали двое оглушённых, но живых штурмовиков. Фридрих быстро развязал их и привёл в чувство алхимическими регенералками, прихваченными на всякий случай. Они работала быстро, но отходняк после них длился недобрых пару дней.