— Так точно, — кивнул Костя, и его глаза полыхнули оранжевым пламенем, впрочем, тут же погасли. — Такой же неудачник, как и вы, уж простите. Моя мать — высший демон из касты воинов. А вот бабка — верховный суккуб… точнее, суккубина легиона. Если бы я родился девочкой, то меня забрали бы туда, и мы с вами никогда не встретились. Но я родился мальчиком, и там, — он пожал плечами, — я оказался не нужен. И меня отдали… а точнее, подбросили отцу на воспитание.
— Стоп! — Тагай, видимо, решил серьёзно разобраться. — Твой отец — человек, получается.
— Ага, — кивнул Костя. — Ты будешь смеяться, но я, по большей части, тоже.
— Ну, а какие-нибудь демонические фишки-то у тебя есть? — Тагай явно раззадорился. Он всё никак не мог поверить. Но тут его ждало разочарование.
— Генетика на мне дала сбой, — грустно улыбнувшись, ответил Жердев. — Силы мне данные — смехотворны. Ещё ошмётки трансформации, а буквально — когти, рога и копыта. Иногда глаза цвет меняют. Да и то всё в критические моменты. Из постоянного разве что высокий болевой порог.
— А что за силы тебе даны? — спросил я.
Костя отвернулся к окну и, не поворачиваясь, ответил:
— А какая сила у суккуба? Соблазнение…
Тагай глянул на меня, затем развёл руками и как-то слишком громко произнёс:
— Да ладно, дружище! А чего за тобой все девки академии-то не бегают? Не зажимают тебя по углам? Скрываешься? Прикидываешься?
— Не, Тагай, — я решил объяснить другу вместо Жердева. — Суккубы на мужиков влияют.
— Но ведь это как-то… — Тагай сморщился.
— Не, — Костя тяжело вздохнул. — Тут тоже промах. В себя я не могу вообще никого влюбить. Это такое проклятие, что ли… Зато тебя могу влюбить в кого-нибудь, — он подмигнул Добромыслову, отыгрываясь. — Витю могу влюбить. Или, наоборот, в Аду всех курсантов академии.
— Так, Аду не трогай! — строго сказал я.
— Это была шутка, — он поднял руки над головой. — Неудачная. Просто хочу, чтобы вы знали, для демонов я — выродок. Для отца — единственный и любимый сын. Как-то так. Я считаю, что я — человек. Но если вам…
— Прекрати, — оборвал его я. — Во мне тоже хватает демонической крови.
— Что? — подняли на меня глаза ребята.
— Но чужой, — обозначил я. — И это тема для совсем другого разговора.
— Ты жрёшь демонов? — решил пошутить Тагай.
— Ага, — с сарказмом ответил Костя. — А полудемонов — нет.
— Ребят, успокойтесь, — сказал я. — Понимаю, что у вас сейчас катарсис от того, что вы облегчили свою душу. Но наш разговор на этом не закончен. Мы сейчас готовы стать боевым братством и должны это сделать. И интересы каждого должны быть в одинаковом приоритете для всех. Скажите, вы принимаете друг друга с его багажом и готовы умереть за своего брата?
Слова произнеслись сами, но каждый в комнате чувствовал, что это намного больше, чем слова. Это была первая часть клятвы, которую предстояло сказать всем сердцем. У меня появилось чувство, что центр ладони раскалился. Я искоса глянул на неё и увидел маленький язычок пламени.
Как я понял, ребята тоже почувствовали проявление своей магии, потому что их глаза прояснились, а взгляды стали острыми, наполненными юношеской бравадой, но ещё и серьёзными, нацеленными в будущее.
— На крови? — спросил Костя.
— Не понял? — переспросил я.
— Клятва на крови? — пояснил он и кивнул на мой кортик.
Я кивнул. Кровный ритуал никогда не даст забыть того, что мы принесли эту клятву. Наказание за его нарушение — смерть. Я достал кортик, который оказался из отличной стали, хоть и наградной, и им порезал себе ладонь. То же самое сделали и ребята. А затем мы по очереди пожали друг другу руки, смешивая кровь в едином братании.
Итак, начало положено. Я смотрел в лица Тагая и Кости, понимая, что эти двое будут со мной до конца. Причём, неважно, где он наступит, на самом отдалённом отрезке Стены или в Тохарской империи рядом с троном императора.
И я знал, что это лучший выбор. Эти двое не предадут меня и не сбегут, если вдруг будет трудно. Они будут рвать моих врагов, если потребуется зубами. И нет уже никаких «моих» врагов, есть наши враги. И мы их найдём и нейтрализуем, чего бы это нам не стоило.
Потом мы вымыли руки, обработали специальным снадобьем, чтобы не загноились раны, после чего ещё раз от чувств обнялись все втроём. Чувство было нереальное. Словно был ты один, и тут внезапно вокруг тебя встали новые воины. И вот вас уже много, и любой неприятель по плечу.
— Только это, — заметил вдруг Тагай, — не всё так просто. Нам теперь с нашим знанием специальные защитные амулеты нужны.
— Это ещё зачем? — поинтересовался Костя.