А вот скорпиида постепенно начала приходить в себя. Она тряхнула головой и встала на все свои лапы. Ликомора же дергалась, бросая очередной амулет себе под ноги. И при этом она чётко осознавала, что именно она делает., но тело не подчинялось ей. Глаза у неё были бешеные, испуганные.
Ведьма, запертая в ловушке Тагая, раз за разом бросала амулеты, растаптывала, снова бросала под ноги и уничтожала.
Где-то на пятом амулете критическая масса силы скорпииды перевесила критическую общую массу влияния артефактов.
И тут скорпида подняла голову, застрекотала жвалами и уставилась на Ликомору.
— Тагай, ты можешь усилить мой сигнал? — попросил Костя.
— Могу попробовать. Для кого?
— Для скорпиды. Это скорее ментальный посыл.
— Давай попробую, — согласился Тагай.
— Скажи ей, что не надо её располовинивать. И башку отрывать тоже не надо. Пускай она её ядом её уничтожит.
— Хорошо, — кивнул Тагай, добавил ещё один поток для передачи данных, для скорпииды, и передал ей послание Кости.
Та посмотрела наверх, явно осознавая наше присутствие.
— Не понимает, — расстроился Костя. — Передай, что типа: мы тебе помогли, теперь ты нам помоги. Убей её своим ядом.
Тагай снова передал послание.
Скорпиида явно задумалась. А затем произошло то, от чего даже меня немного передёрнуло. Испытывать подобное на себе у меня не было никакого желания.
Хвост скорпииды в мгновение ока, с невероятной силой распрямился и ударил Ликомору острием прямо в висок. В мозг ведьмы полился яд. Её лицо искривилось от боли и ненависти, но больше всего — от разочарования в собственном проигрыше. Она раззявила рот, чтобы, может быть, что-то сказать, или как-то иначе отреагировать. Но из её рта вырвался только слабый стон.
Скорпиида вытащила остриё, которым увенчивался её хвост, а затем ударила ещё несколько раз: в шею, в грудь, и потом — в основание черепа.
Ликомора умирала в муках. Но так и не поняла, почему всё это произошло.
Мы решили не появляться ей на глаза, чтобы она нас не видела. Мы дождались, пока она замерла. Скорпиида же сделав своё дело, обернулась к нам и, как мне показалось, даже слегка поклонилась.
— Она всех нас благодарит за помощь, — сказал Костя.
— Ну вот, — сказал я показывая на картину под нами. — Месть свершилась. Тварь редкая, краснокнижная, хитиновая, считавшаяся чуть ли не вымершей, с огромной магической силой убила того, кто посягал на капище. Что мы могли с этим сделать? Ничего. Теперь мы должны взять тело и доставить в столицу.
Мы спустились к самому капищу, подняли тело. Оно всё уже было распухшее, почерневшее, и изо рта ведьмы сочилась мерзкая, гнойная жижа.
— За что боролась, на то и напоролась. На каждую болотную тварь находится болотная тварь пострашнее.
Рядом с Костей радостно стрекотал и даже подпрыгивал маленький скорпиидёныш. Он был счастлив и снова ластился к Жердеву.
— И что мы теперь должны делать? — спросил Костя, оглядывая древнее капище с трепетом.
— Теперь, — ответил я, тоже глядя на чашу с распоротыми телами различных гадов — мы должны вынести её на поверхность. Сдать Светозарову и Ярославу Болотову. Дать показания менталистам, показав, что мы видели, как Ликомора проводила странный ритуал, и её убила скорпиида. Мы к убийству не имеем отношения, лишь доставили её тело на поверхность. Почему не вмешались? Потому что тварь такая редкая, и очень опасная, а жить хочется.
— А какого хера мы забыли в этой заднице? — ухмыльнулся Белоснежка, видимо, решив до конца проработать нам алиби.
— Так, за ресурсами ходили. Костин папа заказал нам ещё скорлупы от яиц скорпииды. Вот мы и отправились все вместе.
На этом мы все переглянулись и синхронно кивнули. Затем из подручных материалов создали носилки, погрузили туда почерневшую ведьму и потащили на выход.
Глава 11
Со стремительно разлагающимся телом Ликоморы возвращаться было значительно сложнее. С другой стороны, можно было уже воспользоваться обычными проходами, что мы и сделали, поэтому к выходу из пещер дошли достаточно быстро. Но перед нами встала другая проблема из-за яда скорпииды:
— Не довезём, — покачал головой Костя, указывая на труп. — Надо бы его чем-то обмотать, что ли.
Запах от трупа распространялся невероятно тошнотворный.
— Слушайте, ну а что мы колесо будем изобретать? Есть у нас верный способ. Заморозим, да так кубом и потащим, — предложил Белоснежка.
Труп Ликоморы заморозили. Я надеялся, что это хоть как-то задержит распространение яда в теле и позволит довезти тело до столицы. Впрочем, рассчитывать на это на все сто процентов не приходилось.