Мирослава буквально видела, как гладь ментального принуждения плещется тут, почти у самого порога храма Саламандры. Она также отметила, что демоны-воины, служившие Азарету, внезапно пошли в сторону ворот. В них уже не было собственной воли, они выглядели, как пустые оболочки. Как сомнамбулы.
Ещё несколько демонов-воинов отправились вниз с парапетов башен. Все они направлялись к воротам, чтобы открыть их и впустить войска селекционеров внутрь.
И вот тут её прошиб холодный пот.
Глава 16
Мирослава попыталась найти хоть одно сознание внутри крепости, которое не было бы захвачено чуждым принуждением. Но к своему ужасу не смогла этого сделать. Все, как один, высшие демоны из клана Азарета были подчинены тому серому покрывалу ментального контроля, которое она видела своим магическим зрением.
Даже сам Азарет и тот оказался подвержен воздействию нападающих. Пока Мира лихорадочно соображала, что же можно со всем этим сделать, в её голове попутно проскакивали мысли о том, как такое вообще стало возможно. Судя по всему, это была ментальная магия, усиленная муасом. Но этого не было бы достаточно для столь крупномасштабного влияния.
Тут, скорее всего ко всему прочему была задействована кровь этого клана высших демонов. Девушка чувствовала кровавые нотки в разливающейся вокруг ментальной магии.
Она попыталась противостоять невероятной силе принуждения. Попробовала даже вернуть контроль, и защитить хоть кого-нибудь из тех, кто находился внутри крепости. Конечно, в первую очередь необходимо было остановить тех, кто целенаправленно шёл к воротам, чтобы открыть их.
Но ни черта у неё не получалось.
Создавалось впечатление, что она лбом пыталась снести кованые металлические ворота высотой в добрую дюжину метров. После первых же попыток голова сильно заболела, и Мирослава схватилась за виски.
Девушка совсем ничего не понимала. Но хуже всего, что она даже не знала, что именно надо делать. А времени не было совсем. Максимум у неё было несколько секунд. Может быть, минута, не больше.
С одной стороны, в целом, было логично, что сейчас всё сложнее. Там у неё были страхующие её ребята. Была целая система из рун, которые усиливали её работу. Опять же, на Ольхоне она объединила почти триста менталистов, составлявших её клан.
Сейчас же она была одна-одинёшенька. Что она могла бы сделать одна?
Но в то же время Мирослава понимала, что она обязана что-то сделать. Да, сила тут была иная, нежели в её родном мире. Она более вязкая, более мощная. И как будто более стабильная.
Но кроме всего прочего в покрывале подчинения, накрывшее замок Азарета, она видела кое-что ещё. У неё сложилось впечатление, словно она заметила в нём отголоски своей собственной структуры. Той самой, которую раскинула над Ольхоном.
И от этого стало ещё более жутко. Как будто кто-то взял, да и обернул против неё собственную силу. А в одиночку против целой системы выстоять просто невозможно.
Решение, или по крайней мере его подобие пришло к ней в голову внезапно. Если она не может вывести из подчинения сразу всех, то нужно попытаться привести в чувство кого-нибудь одного.
И этот самый один должен быть Азаретом. Тут без вариантов. Во-первых, он один из самых сильных магов. А во-вторых, у него и сопротивляемость менталу должна быть выше. Соответственно, и вывести его из состояния подчинения должно быть проще. Ну а в-третьих, он уж точно должен знать, что делать со своими людьми.
Буквально пара мгновений ушло у неё на то, чтобы отыскать среди всех остальных разум Азарета. Она уже знала его по приметной ярко-оранжевой ауре. Про себя она даже сравнивала его апельсином.
И вслед за этим все свои силы она направила на то, чтобы ввинтиться в сознание Азарета. Ей нужен был простой приказ, чтобы перебить тот, который сейчас владел главой клана.
Этот приказ пришёл ей на ум сам собой.
— Храм! Храм! Храм!
Для верности девушка проговаривала его вслух. Она надеялась, что эта простая фраза сможет пробиться сквозь ментальное покрывало. Всё-таки направленная мысль всегда действеннее, нежели широкоформатное воздействие.
Её приказ словно гвоздь вошёл в мутное стекло покрывала принуждения. Воздействие, оказываемое на Азарета, треснуло и рассыпалось рядом с ним ментальными осколками.
Мирослава увидела, как тот встал со своего места, вышел на балкон башни, расправил крылья и полетел к ней. Она поняла, что всё сработало в тот самый момент, когда он уже находился рядом со входом.