Зара некоторое время следила очень внимательно за всеми моими приготовлениями, а потом развела руками:
— Виктор, скажи мне, пожалуйста, нахрена ты всё так усложняешь? Ты не пробовал просто кровь пустить, смешать и зафиксировать? Типа, силой и желанием призвать?
— Знаешь, может быть у высших демонов так и выходит, у меня пока не особо, — проговорил я, разведя руками. — Я хочу, чтобы наверняка получилось.
— Ну да, возможно, дело в этом, — согласилась Зара. — Ладно, давай тогда уже по-твоему: будем танцы с бубном танцевать. Я, конечно, могла бы тебе разрисовать необходимый круг призыва. Но тебе же самому учиться надо, но думаю, что всё у тебя получится нормально. У тебя же и подпитка в виде яйца богини есть.
В этот момент к нам подошёл Резвый и остановился где-то за моей спиной.
Исправив по мелочи пентаграмму призыва и круг для медитации, действуя по подсказкам Зары, я сел и сосредоточился. Итак, мне нужна кобылица, лошадь демоническая, желательно женского пола.
Я потянулся куда-то далеко на нижний план и позвал. И кто-то на мой призыв откликнулся с первого же раза. Когда я открыл глаза, увидел перед собой нечто непонятное. Больше похожее на какую-то кракозябру, но точно никак не на кобылицу. Разглядывая её, я понял, что это нечто похоже на динозавра, но на очень маленького. Весь такой в сыпи, острых шипах, стрёмный, постоянно облизывающийся длинным языком и с очень-очень голодными глазами.
За моей спиной раздался голос Резвого.
— Нет, я если даже выпью перебродивших мочёных яблок столько, что мне будет плевать на всё, на эту женщину точно не полезу.
Мы не удержались от хохота, но круг разорвали, и кракозябра исчезла.
— Ты что, первого откликнувшегося что ли потянул? — уточнила Зара.
— Ну да, — ответил я. — Что, надо как-то по-другому?
— Ну конечно! Тебе же кобыла нужна? Вот ты и призывай демонического питомца, похожего на кобылу, а то что это такое? Я даже не помню, как этот подвид называется, но что-то очень и очень странное.
— Хорошо, я попробую, — сказал я.
И, потянувшись на нижний план во второй раз, я уже действовал более осмотрительно, пытаясь призвать и протянуть нить именно к тому, кого я хочу видеть. И на этот раз, кажется, всё удалось. По крайней мере, передо мной в пентаграмме стояла невероятно красивая лошадь.
Грива — просто чистый огонь. Чистопородная красотка с идеальным экстерьером. Мне показалось, что она даже мускулистее Резвого. Ещё таким взглядом нас окинула, мол: «Ну что, как вам? Хороша? Нехороша?»
А затем я понял, что нифига не хороша, а хорош. Вместо того чтобы призвать кобылу, я призвал отменного, невероятно красивого жеребца.
— Да уж, всем ты хорош, — проговорил Резвый. — Но ты не женщина, так что — нафиг, нафиг.
— А что вам нужно было? Женщину? Я могу измениться, — быстро ответил призванный конь.
— Не, не, не, — ответил на это Резвый и даже попятился. — Я уже тебя таким видел. У меня после этого гордость будет ущемлена в том случае, если у моей женщины яйца будут больше, чем у меня.
Пришлось отпустить и этого, хотя в какой-то момент меня так и подмывало его оставить себе.
На третий раз я уже полностью собрался, теперь отчётливо понимая, что и как нужно делать. Потянулся и призвал кобылицу — изящную, красивую, с танцующей манерой хода, застенчивыми глазами с подогнутыми ресницами, шелковистой золотисто-оранжевой гривой — всё просто идеально. К тому же она явно знала себе цену, оценивающе разглядывая нас.
Призвалась настолько блистательная красотка, что мы присвистнули все втроём — и Зара, и я, и Резвый.
Но вот дальше стало интереснее. Она первым делом оглядела Резвого и с вызовом спросила:
— Это вы меня для чего вызвали-то? К этому что ли, чахлику? — удивилась она.
— Это кто — Чахлик? Я — Чахлик? — не понял Резвый. — Да я, чтоб ты понимала, вообще на самом деле сильный, ловкий, умелый.
— Не, такой задохлик мне не нужен, — проговорила кобылица, и отвернулась к нему задницей. Причем настолько аппетитной, что конь даже сглотнул по человечки слюну, но тут же отвел взгляд.
— Слушайте, — Резвый обратился к нам, — давайте ещё кого-нибудь посмотрим. Это уж что-то совсем не то, что надо.
— Так, коник, — свежепризванная кобыла свысока посмотрела на Резвого: — Не тебе решать, понятно?
— Вот да, — согласился я. — Тем более, мне кажется, что девушка очень даже симпатичная. Ну и норовистая, конечно, с характером.
— Вот-вот, а зачем мне с характером? — проговорил Резвый.