Русло оказалось достаточно глубоким, чтобы они не разбились. А течение — весьма стремительным, чтобы унести их прочь от этого проклятого места, как можно быстрее.
Вот только куда их принесёт? Это уже был большой вопрос.
Можно было констатировать, что свершилось практически немыслимое. Никто и не мог предположить ещё совсем недавно, буквально летом, что главы основных кланов сойдутся на земле Молчащих.
Да, сам Светозаров, если бы ему кто-нибудь о подобном даже просто заикнулся, он бы поднял человека на смех, посчитав сумасшедшим.
Но сейчас ставка, где собрались все основные силы для того, чтобы оборонять Империю, находилась на острове Ольхоне, расположенном посреди вод Байкала.
Совет длился уже довольно продолжительное время, и постепенно сюда стекалась всё новая и новая информация о том, что в целом происходит вокруг.
Одним из самых важных докладов в этот день зачитал Ветран Вихрев.
— Итак, мы можем констатировать, — проговорил он, — что демоны благополучно выбрали базой для сбора своих сил в кулак крепость Усть-Баргузин, расположенную с обратной стороны от Ольхона. Чтобы все понимали: это примерно шестьдесят — семьдесят километров по льду от нас. Имейте в виду, это не так уж и далеко. И туда постоянно прибывают новые силы демонов. Разведка продолжает фиксировать вспышки телепорта.
— Остальную экспансию прекратили? — поинтересовался Светозаров Иосиф Дмитриевич.
— Совершенно верно, — кивнул Вихрев. — Они собирают все силы в Усть-Баргузине, стягивают демонические войска в единый кулак.
— И когда нам ждать нападения? — поинтересовался Лан Вулканов, который последнее время был немного потерян.
— Пока неизвестно, — покачал головой Вихрев. — Ясно только одно: против нас будут стоять примерно пять тысяч наших собственных магов, подверженных ментальному контролю. А вместе с ними против нас пойдут демонические легионы.
— Сколько? Ну хоть примерно? — поинтересовался Светозаров.
— Да чёрт его знает, — ответил Вихрев. Он явно не знал, что сказать. — Вычислить их точное количество пока не представляется возможным. Разведка зафиксировала шесть вспышек за три дня. Телепорт работает на пределе загрузки. Будем надеяться, что это будет легионов десять-двенадцать.
— Почему так? — поинтересовался Рарогов.
— А потому что больше такого количества единовременно со стороны демонов в битве не участвовало. Расчёт именно на то, что должен же быть у них какой-то предел! Это был максимум, когда демоны пытались прорваться через оборону возле Горного. Там, как раз участвовало что-то около двенадцати легионов. В конце-концов, это войско. Его нужно кормить! А где и чем его кормить среди зимы в наших широтах? Таким количеством они баргузинские запасы за день должны были сожрать, а на второй — начать жрать друг друга. Но настораживает частота вспышек. Если она сохранится, то на одном из советов я могу заявить и о тридцати легионах, но… — Вихрев покачал головой и даже не стал договаривать то, что хотел.
Скородум Полуночник всё это время только слушал и переводил взгляд с одного докладчика на другого, потом на третьего. Столько лет прожив на отшибе империи, он не понимал, когда его дом успел превратиться в будущее поле битвы. Оказывается, опала была не самым худшим вариантом.
Для Креслава Рарогова, например, оставалось загадкой, когда же он вообще спит, потому что казалось, что тот находится на совещании всегда.
Сам он чувствовал огромную усталость, но не спешил идти на отдых, несмотря на то, что ему выделили несколько комнат. Хотя перед решающей битвой, конечно, надо было бы отдохнуть. Но, возможно, времени на отдых уже и не осталось. Со стороны Усть-Баргузина стягивались силы такого объема, что оборона Горного теперь казалась детским лепетом.
— Скородум, — обратился Креслав к Полуночнику, выводя того из состояния прострации, — на что мы можем рассчитывать в плане ментальной защиты? Скольких воинов вы сможете защитить?
— Как я уже говорил, — ответил Скородум, — у меня есть двести человек, которых я планировал направить в крепости на Стену. Но кроме них у меня есть ещё старики, дети, женщины. Однако, детям на войне делать нечего. Они нестабильны. И себе навредить могут, и другим. Уверен, что останутся старики и женщины из тех, кто не в положении. Остальных мы должны будем эвакуировать. Итого, оказывать ментальное сопротивление сможет порядка трёхсот менталистов.
— Так, — спросил Креслав, — а скольких магов может прикрыть один менталист?