— Сейчас, — Ледобор помрачнел, затем подошёл к занятному аппарату, висящему на стене, чем-то напоминающему телефон. — У меня тут новомодная штука есть. Громкая связь.
Он снял трубку, нажал какой-то рычажок и проговорил зычным командным голосом:
— Внимание всем магам, находящимся на территории резиденции Инеево! — через аппарат его голос звучал с сильными искажениями, но всё равно был достаточно громким, чтобы разнестись над всеми окрестностями. — На совете мы выбрали сторону Ярослава Светозарова, это известно. Но на Байкале сейчас идёт бой за всю империю. Если есть те, кто хочет отправиться и помочь нашим войскам, у вас десять минут на сборы. Всех добровольцев у телепорта будет ждать Креслав Рарогов. Главное требование — ранг не ниже Ярого.
— И на том спасибо, — проговорил гость резиденции. — Это будет важно.
Когда его привезли обратно к телепорту, он не ожидал увидеть хоть кого-то, ведь Инеево — резиденция молодёжи, маги уровня Ярых среди которых были товаром штучным. К тому же, зачастую, все они были проводниками капищ. А такими членами клана никто рисковать бы не стал. Но, как ни странно, его ожидали пятеро молодых и серьёзных парней практически без вещей.
Глава 12
Клан Молчащих на протяжении всей своей истории имел постоянные проблемы. Дело в том, что менталистов в принципе никто не любил. Да и они сами не способствовали тому, чтобы к ним хорошо относились.
Клан Полуночника был достаточно замкнутым. Собственно, поэтому резиденция клана располагалась не где-нибудь, а в кратере потухшего стратовулкана.
С одной стороны, стенки кратера немного обвалились, там, где в своё время выходила лава. Зато со всех остальных сторон резиденцию защищали стенки кратера. Удивительно прочная защита. Там, где это было необходимо, стенки были нарощены и укреплены. Поэтому, фактически, резиденцию можно было назвать неприступной. Сделано было всё очень внушительно.
Прямо в этой резиденции, в центре, располагалось капище — основной источник местной магии. И вот возле этого самого капища, совсем недалеко от него, поудобнее уселась Мирослава.
После примерки доспехов она успела ещё сделать множество различных вещей. Она активно носилась по всей резиденции и рисовала повсюду уйму рунных цепочек, указывавших прямо на земле на конкретные места, где должны были быть расставлены менталисты: в связках или поодиночке. Она распределяла также народ по ментальной силе. Кто из магов клана был сильнее, тот шёл на более сложные участки обороны.
И всё это ей доверили. Она, с учётом своей силы, полностью всё расписала и сказала, что может усилить рунную защиту. И сделать это должна для того, чтобы люди не выгорели. Она гарантировала клятвой крови и силы Скородуму Полуночнику, что сможет это сделать. Её послушали. Скородум поверил ей и согласился. Он всегда верил в Мирославу, иначе не отправил бы её на обучение. Правда, редко это афишировал.
И вот девушка села в центре этой странной и мало кому понятной системы. Прежде чем она взяла в свои руки бразды правления и, как паук в паутине, начала управлять нитями, тянущимися к остальным менталистам, к ней подошёл Костя.
Она посмотрела на него взглядом достаточно тёплым, но при этом нетерпеливым:
— Сейчас не самое подходящее время…
А он просто склонился к ней и поцеловал, после чего вынул резную фигурку, выполненную из муаса, изображавшую снежного барса, и вложил ей в руку.
— Это тебе, — сказал он. — Я хочу, чтобы ты знала: для меня ты символизируешь вот такого зверя. Дикая, необузданная, но при этом местами нежная и ласковая. И в состоянии убрать когти, когда это требуется. Я вижу тебя вот такой. Увидимся мы после этой битвы или не увидимся, выживем — не выживем, я не знаю. Но просто хочу, чтобы ты всегда помнила, что я вижу тебя иногда нежным котёнком, иногда царапающимся и ершистым, иногда шипящим. Для меня — это ты. Если мы выживём после этой битвы, я хотел бы связать с тобой свою судьбу в дальнейшем. Остальное зависит только от тебя.
Костя не стал дожидаться ответа. Он не хотел давить. Да и смысл ответа будет иметься, только если они победят.
Мирослава разжала ладонь. И действительно, увидела самого натурального снежного барса с огромным, распушённым, как только это возможно, хвостом.
А в специальное ушко был продет кожаный шнурок. Она просунула голову в него, и фигурка удобно легла на груди. А затем девушка снова сжала её в ладони и почувствовала то тепло, которое Костя вложил в эту фигурку. Как уж он её сделал? Когда? Ей было неведомо, но она знала, с какими чувствами это было сделано для неё.