Обернувшись, он увидел понимающую улыбку Кемизова, который, судя по всему, тоже поймал себя на мысли, что в этом есть что-то схожее.
Но вдруг у Бориса фон Адена слегка сменилось выражение лица.
Перед ним, на раздаче алхимии шла постоянная ротация: кто-то забирал комплекты, уходил, подходили следующие. И вот, когда толпа перед ним немного поредела, он увидел, кто именно раздаёт эту алхимию.
А комплекты выдавала не кто иная, как его дочь — Ада. Он практически растолкал всех, кто стоял перед ним, и, перегнувшись через столы с установленными на них комплектами алхимии, прошипел:
— Что ты здесь делаешь? — он не хотел кричать на всё помещение, но голос его иногда срывался. — Тебе срочно нужно домой! Здесь скоро будет ад!
Но когда дочь подняла на него глаза, он даже не узнал её взгляда. Она слишком сильно повзрослела с тех пор, как он видел её в последний раз.
Спокойно, без скандала, без истерики, она заявила:
— Я никуда не пойду.
— Ты — моя дочь, — возразил ей Борис. — Ты несовершеннолетняя и обязана меня слушаться. Я сейчас тебя свяжу и отправлю телепортом в Горный — к матери.
— Пап, — спокойно ответила Ада, — ничего у тебя не выйдет. Я уже не фон Аден.
— Что? — Борис чуть было не потерял дар речи. — Это вообще как? Ты что, замуж, что ли, выйти успела, пока нас не было?
— Ну, не совсем замуж, — покачала головой Ада, продолжая выдавать подходящим людям комплекты алхимии. — Но можно и так сказать.
— В каком смысле? — не понял её слова отец.
— Дело в том, что, нежданно-негаданно для себя, я стала проводником капища. Это означает, что я перехожу, так сказать, под юрисдикцию Рароговых. Именно поэтому я здесь. И делаю то, что должна. И вообще, отец, если вы с Димой решили идти сюда и воевать, то я не буду отсиживаться в такой момент где-то дома. Более того, если вернётся Витя — а он вернётся, я уверена, — то он явится сюда. Здесь сейчас нужны все основные силы. Я не собираюсь отсиживаться в такой момент где-то на периферии. Тем более — тут я действительно могу помочь. У меня уже совершенно другой уровень сил. Поэтому извини, пап, — закончила она, — но ты ничего не можешь мне сделать.
Сказать, что Борис фон Аден был в шоке, — ничего не сказать. Ребёнку шестнадцать лет. А перед ним — уже совершенно взрослый человек, который сам отвечает за свою жизнь. Но он никак не мог с этим смириться.
— Неужели ты не понимаешь? — сказал он. — Я оставил Диму в Горном, чтобы он присматривал за вами с мамой, чтобы в случае чего он вас эвакуировал к прадеду Даррену.
— Я всё понимаю, — кивнула Ада. — Но ты же знаешь, что я теперь никуда не уйду от своего капища? Точно так же, как и вы в своё время никуда не ушли от границы Тохарской империи. Я буду с капищем до конца. Даже если демоны прорвутся, погибать я буду возле своего капища, защищая его. Или в крайнем случае, просто на своей земле.
Тут Борис фон Аден понял, что это всё не шутки. Не его воображение. Ребёнок действительно повзрослел, и он — отец — ничего не может с этим сделать.
Все остальные, конечно, наблюдали за этим разговором между двумя родственниками, но очень осторожно и по большей части делали вид, что ничего этого не слышат. Дали возможность поговорить.
— А ты с кем? — спросила его Ада, как будто решила немного перевести тему.
— С Кемизовым, — ответил Борис, не совсем ещё понимая, к чему этот вопрос.
Тогда она выдала ему два рюкзака и проговорила:
— Ты знаешь, как пользоваться алхимией. А мне нужно продолжать работать, — добавила она, взяла следующий рюкзак, передала магу, стоящему за Борисом, и начала проводить краткий инструктаж.
Мужчина даже сказать ничего не мог.
В этот момент к нему подошёл генерал Паскевич и похлопал по плечу. А увидев ошарашенный взгляд Бориса, он проговорил:
— Сейчас такое время, когда дети не просто взрослеют невероятно быстро. Но и учатся делать свой выбор. Это её выбор. Ты ничего не можешь с этим сделать. Считай, что через неё говорит сила родной земли. Твоя дочь, если ты не знал, вообще спасла капище от смерти. Здесь уже все об этом говорят. Ты просто ещё не в курсе.
— Конечно, не в курсе, — ответил Борис фон Аден. — А что случилось?
Иван Фёдорович Паскевич коротко пересказал ему информацию, которую знал сам, про попытку убийства капища, про то, что девочка была готова пожертвовать собственными силами, что, видимо, и произошло. Но капище отреагировало иначе: приняло жертву и избрало её своим проводником.