Радмила прибывала в состоянии постоянного шока, потому что на неё всё время накатывала новая информация, с которой она не успевала справляться. Возможно, думала она, это было последствием участия в общей сети. Кое-как, только при деятельном участии Кости, Радмила смогла утащить с ним вместе Мирославу в лазарет.
Но даже не успели они её обустроить, как она услышала гомон на улице, вышла и увидела, как приземляется нечто подобие то ли огнедышащего дракона, то ли змея с крыльями. Она даже подумала, что, возможно, переработка перегрела её сознание. И девушка уже почти в этом успела увериться, когда сверху на этом существе увидела наездника, причём это был никто иной, как Виктор фон Аден.
Хотя сперва она приняла его за демона, так сильно он изменился: вымахал в плечах и ростом прибавил. Да и в целом он сам весь был опалён, закопчён и слабо напоминал человека. Плюс к этому, по нему постоянно блуждало пламя.
Радмила поняла, что некоторое время стояла с широко раскрытыми глазами. А вот на руках у этого существа, чем-то отдалённо напоминавшего Виктора фон Адена, лежал чуть ли не полностью обгоревший кусок мяса, который когда-то был её отцом — Слободаном Зоричем.
Она подскочила к нему ближе, а он, увидев дочь, едва ли не расплакался. Да, наверное, просто в его теле уже не осталось жидкости, поэтому и не хватило на слёзы.
— Радмила! — позвал он. — Дочка, ты жива!
— Папа, у меня всё хорошо. Тебя нужно скорее показать лекарям!
Виктор сразу отнёс Зорича в лазарет, причем это не составило для него труда. Он нёс взрослого мужчину, не напрягаясь, словно пушинку.
Лекарь, прибывший из ближайших поселений дирижаблем и осмотревший отца, покачал головой и сказал:
— Вам просто невероятно повезло. Ожоги очень серьёзные, но шансы восстановить его целиком и полностью присутствуют. Однако вы сами должны понимать, на это потребуется время и терпение. К сожалению, потратить все собственные силы на одного него я не могу. Потому я поправил самые глубокие поражения, остальное придётся добивать алхимией. Слишком много раненных.
Радмила заторможенно кивнула, ведь уже то, что отца лечил «свежий» и полный сил лекарь, было удачей. Она осталась рядом с отцом, вливая оставленную лекарем алхимию и накладывая поверх ожогов заживляющие компрессы. Часть ожогов удалось затянуть, отец даже провалился в тяжёлый сон.
Поддавшись интуиции, Радмила вышла из лазарета и отошла в место, где её никто не мог заметить. Выбрала ровную площадку, расчистила её от снега и опустилась на колени. Надрезав себе палец, она нарисовала кровью на льду паутинку.
Закрыв глаза, она воскресила в памяти образ богини, которой когда-то поклонялся её род, и проговорила:
— Благодарю тебя, богиня Арахна, мудрейшая из мудрейших. Я так рада, что ты выполнила своё обещание. Мы держались, сколько могли. Мы сделали всё, что ты хотела и просила. И ещё раз благодарю тебя от всей своей души за отца, за то, что он выжил и вернулся ко мне.
Тут произошло то, чего она совсем не ожидала.
Богиня ей ответила.
— Но это ещё не всё, девочка, — сказала Арахна. — Ты не выполнила сделку целиком. Вам, трём моим последователям, предстоит ещё один смертельный бой, где придётся стоять плечом к плечу, как и сейчас. Считай, что жизнь твоего отца — это аванс. Он точно так же, как и ты, боролся до конца. Он боролся даже тогда, когда уже не было надежды. За это я вас и уважаю: за вашу силу духа и за ваше семейное тепло друг к другу. Это очень ценные качества, а в мире их не хватает.
— Я выполню, — ответила Радмила. — Я выполню всё, что ты скажешь. Я буду стоять на страже человечества, только не лишай нас своего покровительства.
Радмиле почудилось, будто ладонь опустилась ей на затылок и погладила. Больше богиня ничего не сказала, но девушке и не нужен был ответ. Ей достаточно было и жеста.
Радмила встала, посмотрела на запёкшуюся на пальце кровь и вернулась обратно в лазарет, к постели отца.
Я собрал всех своих друзей. Их уже и бессмысленно было делить на «пятёрки» — старые и новые. Нет, это всё были мои друзья и самые близкие люди по крови и по духу.
Была здесь и Зара. Несмотря на то, что я ещё сомневался, к кому именно её относить. Но к моим друзьям она уже совершенно точно относилась. Да и кровь её теперь надёжно встроилась в моё собственное тело после перерождения. Мы с ней были в чём-то как названные брат и сестра.
Не хватало в нашей компании сейчас только Мирославы, которая лежала без сознания и блуждала где-то в глубинах своего разума. А также не было Радмилы, которая в данный момент находилась рядом со своим отцом.