Иван обернулся. У колодца, на обрубке бревна, сидел невысокий старичок в посконной рубахе и лаптях. Его длинная седая борода была заплетена в несколько неумелых косичек, а в глазах светилась такая бездонная, весёлая хитрость, что она сразу насторожила.
— Кто ты? — буркнул Иван. — Новый конюх?
— Конюх, садовник, знахарь, а иногда и скоморох, — старик широко улыбнулся, показывая редкие, но крепкие зубы. — Зови меня Любомудром. Или дедом Любо. Вижу, паренёк, у тебя на душе грозовое облако нависло. И на плечах — груз, тяжелее мешка с репой.
— Отвали, дед, — Иван махнул рукой и потянулся к ведру у колодца, чтобы умыться. — Не до тебя.
В тот момент, когда его пальцы коснулись железного обруча ведра, внутри что-то дрогнуло. Небольшая, едва заметная искорка, тонкая как волос, со щелчком перескочила с его пальца на металл.
Фу-у-у-у-у-у-у-ум!
Ведро не просто задрожало. Оно издало тонкий, звенящий гул, словно гигантский колокол-цветок. Вода в нём забурлила, и от поверхности на миг отпыхнула радужная дымка.
Иван отпрянул, как от гадюки. Старец Любомудр приподнял одну седую бровь.
— О-хо-хо! Не игрушка, а целый праздник в одном флаконе. Ну-ка, давай посмотрим, что у нас тут за зверь сидит.
Он ловко подскочил (его подвижность никак не вязалась с возрастом) и, прежде чем Иван успел отреагировать, шлёпнул его ладонью по лбу.
Это был не удар. Это было… как будто в голову ему вставили ключ и повернули.
Мир взорвался цветом и звуком. Иван увидел не просто двор. Он увидел потоки. Тонкие, серебристые нити «благодати», тянущиеся от домашнего идола у конюшни. Тёмные, вязкие пятна «нави» в углах, где редко убирали. Он почувствовал пульс земли под ногами и шепот ветра, в котором были слова. И сквозь всё это он чувствовал в своей груди это — клубок ослепительно-синей, яростной энергии, которая рвалась наружу, требуя воли, направления, выхода.
— Ага! Так-то лучше, — удовлетворённо произнёс Любомудр. — Прячетесь вы там. Надо бы с вами познакомиться поближе.
Иван зажмурился, и видение исчезло. Он стоял, тяжело дыша.
— Что… что ты сделал?
— Приоткрыл форточку в твоей душевной светёлке. Душно же там, аж искры сыплются. — Старец сел обратно на чурбак, будто ничего не произошло. — Сила у тебя не простая, Ванюша. Перунова кровь. Не вся, конечно, капелька. Но и капля грозовой тучи — уже ливень. Не научишься ей управлять — спалишь и себя, и пол-княжества, когда в следующий раз всерьёз рассердишься. Или испугаешься.
— Я не хочу! — повторил Иван, но теперь в его голосе было больше растерянности, чем отрицания.
— А кто, милок, тебя спрашивает? Хочешь ты или нет, она уже тут. Ты как тот парень, который нашёл в поле боевого коня, а сам ездить не умеет. Конь-то поскачет, да только в первую же яму влетит вместе с седоком.
В этот момент во двор вбежала Василиса. Увидев странную парочку, она замедлила шаг.
— Иван! Князь велел… — её взгляд упал на старца, и её глаза сузились. — Ты кто такой?
— Я? — старик радостно развёл руками. — Я тот, кто будет учить этого бестолкового жеребца не брыкаться и ходить под седлом. А заодно и тебя, девица, кое-чему научу. А то стреляешь ты красиво, а против настоящей, старой нави — как горохом в ступе.
Василиса вспыхнула от обиды, но любопытство пересилило.
— Учить? Его? Удачи тебе, дедушка. Он проспит все твои уроки.
— О, это мы посмотрим! — глаза Любомудра блеснули. — Первый урок — прямо сейчас. Иван, поймай воробья.
— …что?
— Вон, на заборе, сидит. Поймай его. Но не руками. Попробуй уговорить. Силой, что внутри тебя. Не бить, нет! Шлёпнуть маленько, пригрозить… ну, типа, позвать.
Иван посмотрел на воробья, потом на старика, как на умалишённого. Но что-то в его взгляде заставляло попробовать. Он вздохнул, сосредоточился на комке энергии внутри. И… мысленно потянулся к птице.
Произошло нечто странное. Воздух вокруг воробья затрепетал. Птица встрепенулась, огляделась, и… чирикнув в панике, шлёпнула прямо с забора вниз, как подстреленная. Потом встала, отряхнулась и улетела со скоростью стрелы.
— Ну, — сказал Любомудр, почесав затылок. — Надо работать. Сила есть, тонкости — ноль. Ты не уговорил, ты его напугал до обморока. Громовержец, блин. Ладно, это исправимо.
Глава 6
Тренировка (если это можно было так назвать) прервалась, когда во двор вбежал запыхавшийся дружинник.
— Княжич! Василиса! Князь срочно зовёт всех на совет! Гонец из пограничного городка! Из степи!