вынуждены выбираться своими силами. Поэтому прошу вас, не скрытничайте, и
если обладаете определенными знаниями и возможностями, для дальних
перебросок, через порталы, звездные врата, или кратковременные
пространственно-временные тоннели – поделитесь.
- Морскому народу – ни о чем таком ничего неизвестно – сразу же ответил
Ассенао – но может быть есть сведенья о порталах у наших мудрых старцев, и я
передам им твои слова.
- Наши старейшины тоже могут что-то помнить – извиваясь всем телом
точно в танце – ответил и Ананта – просто все, что связано с перемещениями
случилось давно.
- Поймите меня правильно - если бы речь шла о переброске – двух-трех
десятков – усмехнулся Априус – вопросов бы вообще не возникло. Но вы хотите и
питомцев забрать с собой, и город перенести, и пожитки ваши…. И все это надо
проделать быстро, нет времени, ни на постройку звездных врат, ни на длительные
марши по прокинутым мостам, если таковые удалось бы прокинуть. Ведь там
«снаружи» кто-то творит что-то небывалое прежде, и соответственно закон
«ответки» как называет его мой Драконыш, подействует так же неожиданно и
непредсказуемо. Думаю, к моменту открытия ловушки мы уже будем знать, что
там случилось, но от этого мало что изменится. Так что хорошенько поройтесь в
ваших преданиях и сохранившихся источниках, может, что и раскопаете. Лично
мне эти сведенья не нужны, а вот ваше будущее от них зависит немало.
Априус закончил говорить, и уселся обратно, ему начало надоедать - этот
мир, занимал намного больше времени, чем он Априус, рассчитывал на него
потратить. Теперь вообще непонятно было чем заняться дальше – продолжать ли
дальразведку, или возвращаться в Сектор, где у него и сил побольше, и
возможностей не мало? Или вообще отправляться в Царства Ночи, и заниматься
их столь долго откладываемым, обустройством? Ведь после проигрыша в
Дагорлад, он ими-то и не занимался, по-сути, переложил все на плечи Дрендома,
а потом Серентина, а что они могли толком – их вотчина только Хрутар, да еще
немного оказывать влияние на Схору и Лундор, но не более. Пора было доводить
все начатые когда-то проекты до ума, и Темная Дуга на первом месте в это списке
- лучше уж поздно, чем никогда.
Гости дворца Ошун, оживленно заговорили друг с другом, видимо помимо
всего прочего решали, хотят ли и дальше соседствовать друг с другом. К ложу
хозяйки подошли-подплыли ее подруги, еще лишь недавно танцевавшие свой
великолепный танец. Априус лукаво улыбнулся и хитренько так поинтересовался:
- А скажите как леди, вы свободны в этой жизни, или являетесь супругами
присутствующих здесь мужей?
- А чего это ты интересуешься? – В шуточном гневе искривила бровь Ошун,
думая, что проведенное с ней вместе время, дает ей какое-то право
интересоваться – женщины есть женщины какого бы роду племени, и расы они не
были.
- А того что у меня есть парочка-другая, хороших, но не пристроенных
друзей.… Знаете в последнее время довольно сложно разыскать себе достойную
и бессмертную пару…. Вот и маятся в одиночестве.… А тут столько прекрасных
неувядающих цветков, прелестных обольстительных, и, по-видимому, тоскующих
190
от своей пресной жизни. Потому я подумал, не познакомить ли вас, они уже
прибыли и ждут моего приглашения, и вашего, разумеется, согласия, мы ведь не
захватываем этот дворец или город.
В глазах подруг Ошун, вспыхнул нешуточный интерес, состояли ли они в
браках прежде или, нет, но сейчас это, по-видимому, их не заботило,
- Мы очень даже за – обольстительно облизнула свои пухлые губы Мецтли –
хотя бы познакомимся с новыми мужчинами, А уж как дальше сложится, сейчас не
сказать,…
- Ну тогда Ошун огласи совет закрытым, и давайте переберемся на улицу, в
смысле во двор, фонтаны цветочки и все такое, знаете ли, способствуют
сближению.
- Хорошо – она поднялась с ложа, и подняла руку в жесте привлечения
внимания. - Каронус объявил совет оконченным. Окончательно свое решение вы
должны сообщить завтра к обеду. На все про все, у вас один день. Затем я устрою
прощальный пир, в честь нашего ухода. Все детали предстоящего переселения,
обсудим позже. Так что до встречи.
Собравшиеся представители, других материков, тут же поднялись и вышли,
горожане же расходились медленнее, и менее охотно, видимо чего-то ожидали, но
так ничего и, не дождавшись, покинули зал. А после того как все гости дворца
разошлись, Ошун со своими подругами провела Априуса и примкнувшую к нему,
как она посчитала свиту, в сквер за дворцовым двором. Там все просто благоухало
от цветущих кустов роз, орхидей, и еще каких-то незнакомых Русу, цветов.
В удобных, специально для этого выделенных местах, стояли скульптуры и
статуи, как величественных пар, существ похожих на людей, так и причудливых
созданий, представителей совершенно других рас. Скверик имел множество
беседок, отдельно стоящих лавочек, и большое многообразие маленьких
фонтанчиков, но в основном это были перемежаемые аллеями зеленые зоны,
самых причудливых деревьев.
Картус, Киан, Богар, Клык, Коготь, и Охтар, пребывая в неведенье - для чего
именно их призвал Априус? Потому настороженно шли последними, исподлобья
бросая взгляды на хихикающих, словно юные девы, подруг Ошун, которые
строили глазки вроде бы сначала без разбору, но потом как-то определились, и
теперь постреливали уже более метко и определенно. Девушек сюда отправилось
только семь, Ишет заявила, что от своего изначального предназначения
отказываться, не намерена, ее задача соблазнять и отбивать чьих-то мужчин, а не
становиться супругой одному.
Априус делал вид, что прислушивается к щебетанию Ошун шедшей рядом,
и что-то рассказывающей о былом времени, когда она была почитаема и еще
блистала в своем величии, на самом деле, следил за своим зверинцем. Он видел,
как хитрый попугай потихоньку исследует источники, изобилующие в округе –
Рунин, не собирался мириться с временной ограниченностью, и подкапливал
Силу, по крупице вбирая ее, из всего, где она чувствовалась. Яша развлекался по-
своему, плещась уже в том самом озере, где еще недавно плавал он сам, и Рус,
был за них обоих спокоен, чего нельзя было сказать о шестерых патрульных,
которые нервничали как мальчишки…
Картус, похоже, совладал с собой и определился первым, потому что догнал
красотку Керридуэн, такую непохожую на женщин Хрутара, те все были
темноволосы и имели довольно смуглую кожу. Эта же обладала незаурядной
внешностью – снежно-белыми волосами, серыми умными глазами, и строгим
изяществом, чем-то его зацепила. И было командир драконьего полка, пошел на
сближение.
- Одна пара будем думать, есть – в мыслях усмехнулся Априус, потому что
191
девушка тоже посматривала именно на Картуса.
Вторым, и весьма неожиданным был выбор Охтара, хотя если подумать тут
было все понятно. Былой король наугримов, хоть и жил до смерти, в городе,
вырубленном и изваянном в склоне горы, к ее огненным недрам, как-то особо не
приближался, но тут натура гнома взяла свое – и женщина, наполовину состоящая
из пламени, сразила его, в самое сердце. Хотя надо отдать должное этому
старому пройдохе, на вкус Априуса, Наама, была среди всех остальных самой
жгучей и прекрасной. Обжигающе жгучей, и опаляющее прекрасной. И все больше
скучающий в последнее время гном, это ощутил. Для нее же знавшей в свое
время самых красивых самцов из людей и нелюдей, этот коренастый, бородатый
мужичок, в котором она увидела, истинного творца украшений и великолепного
зодчего, тоже показался интересным.
Черноволосая, жгучая, с пылающим взглядом, жрица любви и седовласый,
седобородый, но еще крепкий как гранит, гном с таким, же разгорающимся огнем в
глазах, отошли в сторону к одной из скульптур.
Киана, на удивление к стоящей поодаль качели – лавочке увела Мецтли, и
хоть тот уголок и был освещен луной, его тут же укрыла тьма – Леди Ночь не
желала, чтобы за ними кто-то подглядывал. Такой же в данный момент, темный
кожей и волосами, как и смуглая, черноволосая девушка, Киан, не на шутку
обрадовался – для него это была такая же редкость, как и для Картуса.
А вот Богару, Клыку, и Когтю, она бы не понравилась – почти таких же, они
видели каждый день в своем родном мире, до того как случилась Дагорлад. Они
как раз обратили внимание на светловолосых, Тунриду, Алприку и Сильфу. Богар
после долгих лет жизни среди эльфов, вообще предпочитал легких, гибких, почти, что воздушных девушек. И одна такая тут была. Синеглазая, и пепельноволосая
Сильфа, чувствовала его интерес к себе, и потому прекрасная и невесомая как
бабочка порхнула к нему, и потащила к беседке, крыша которой, торчала среди
ракитовых кустов.
Клык, как варвар все еще в своей пятнистой шкуре, только теперь похожий
на какого-нибудь аборигена из саваны, мягкой крадущейся походкой, направился к
Алприке. Ее короткая юбка, не скрывающая красивых длинных ног, как нельзя,
кстати, подходила к его шкуре, было в них нечто родственное, и пятая пара
уединилась у фонтанчика, где вода небольшими струями наполняла каменную
чашу, перетекала, в такую же, но чуть шире.
Осталось две девушки, и кого из них выберет представитель горного клана
людей-барсов, догадаться было нетрудно. Он ее и выбрал – белокожую
рыжеволоску Тунриду. И Априусу на его радость, и к огорчению Ошун, пришлось
составить компанию и Махаллат, на которую, у него, то же были планы – был у