– Иди…
– Но как же принцесса? – еле слышно шепчет она, косясь на дверь.
Отступаю на шаг и беру небольшой сборник литературы прошлого века. Ещё одна причуда принцессы – она любит, когда ей читают вслух. Иногда мне кажется, она специально выжимает из меня все соки, словно мстя за что-то.
– Милена?
Хотела ответить, что ей сейчас не до нас, но неожиданно Вивьен резко открыла дверь, словно стояла всё время за ней. Одарив нас холодным взглядом, величественно вышла в свою гостиную, где от недавнего всплеска агрессии не осталось и следа. А она даже не взглянула на место падение вазы. Просто знала, что там безукоризненно чисто.
– Ужасный запах! – прижимая к носу платок, недовольно произносит она. – Пусть проветрят мои покои пока я, – взгляд на меня, – В ОДИНОЧЕСТВЕ прогуляюсь по замку.
Наш слаженный реверанс и хлопок двери.
– Вот видишь, как всё просто решилось…
Сирен радостно выдыхает. По всей видимости, сегодня эта была наша последняя встреча в покоях принцессы. И я не могу сказать, что я не рада. Я рада.
– Идём, мне нужно будет зайти в свою комнату.
– Для чего? Идём со мной.
Сирен одаривает меня заинтересованным взглядом. А я разглаживаю складки на платье цвета первой листвы и отвожу взгляд.
– Забыла кое-что забрать.
– Хорошо, – сестра пожимает плечами, – тогда приходи позже. Я буду ждать.
Уже позже, найдя тихое и как мне показалось, уединённое место в саду Повелителя, я открыла его… письмо Миранды.
Тихо зашуршала бумага, сопротивляясь порыву ветра. Пели редкие и диковинные птички, расселённые в этом известном на все миры саду, кто-то из придворных прогуливался по аллеям, наслаждаясь солнцем и всё же иногда подхватывающим платья прохладному ветерку.
Для меня всё сейчас казалось не важным. Важно то, что я держу в руках. Оно пришло сегодня. Утром влетел одиночный конверт и приземлился на мою постель, когда я выбирала из шкатулки украшения на сегодняшний день. Отчаянно стараясь не смотреть на вырез платья. Всё ещё не могу привыкнуть. Если бы не принцесса, которая, по всей видимости, увидела мою нервозность относительно этого, буквально вынуждала следовать моде дворца. Хотя сама она выбирала фасон чуть более благочестивый.
Ещё один порыв ветра, тщательно завитые локоны взметнулись вверх и так же быстро опали. А я окунулась в чтение.
Милена, прости, я не могла написать раньше. У меня, к сожалению, не было возможности делать это настолько часто, насколько я бы хотела. Все твои письма лежат стопочкой рядом с письмами нашего родителя, и они не менее лелеемы мною. Искренне надеюсь, что ты не обижаешься на меня.
Не могу позволить себе ходить вокруг да около и скажу напрямую.
Дорогая моя сестра, мне очень жаль, что я не могу быть рядом с вами, что я так и не смогла в полной мере исполнить свой сестринский долг. Поверь мне, это меня удручает.
К моему глубочайшему сожалению, я пишу тебе гонимая ужасной вестью. Мой супруг скончался, унеся с собой и жизнь нашего ребёнка. Я его потеряла минувшей ночью. Создатель наказал меня дважды.
Перехватило дыхание. Не чувствуя ног, я села на скамью, увенчанную коваными прутьями. Жгучие слёзы потекли по щекам, опаляя их.
Как? Как такое может быть…
Я не могу рассказать всей правды, да и не требуется. Прошу тебя, не печалься, не плачь, мне было бы куда спокойнее, если бы я могла унести эту тайну с собой. Но…
Лелею надежду на нашу с тобой встречу, молю о нашем семейном воссоединении. И помни, я люблю тебя и прошу не огорчать Сирен и Наиль.
Искренне любящая вас, Миранда Холфторф.
Душа внутри металась по кругу гонимая болью, словно кто-то вонзал в неё кинжалы. Дрожали руки, я не слышала звуков, просто смотрела вперёд, и пейзаж, находящийся за пределами беседки, размывался всё сильнее.
Потеряла ребёнка… Я боюсь представить, что Миранда чувствует сейчас, я боюсь и не хочу! Создатель, как же так! КАК?! Что случилось? В последнем письме Миранда была как всегда спокойна и рассудительна, я не заметила ни единого намёка на то, чтобы Гардиан вёл себя как-то странно. И эта фраза «унеся с собой»…
А много ли я знала? Что между ними произошло и между ними ли?! Знает ли отец? Может быть стоит написать? Или не стоит… Гонимая испугом я не знала, что мне делать…
Закрываю глаза, до боли сжимая губы, сминаю письмо, принёсшее мне боль. Ещё утром я скрыла факт прибытия этого письма, а ведь Сирен спросила. Она несомненно тоже что-то чувствовала, она будто бы знала, что я её обманула. Что-то внутри меня рвёт все чувства, распыляет боль и затмевает разум.