Но нет, не судьба.
Я уже был обозначен как наместник, и меня ждала уйма дел. И первое, что мне предстояло — принимать просителей, которых меня поджидало несколько сотен.
Споры о наделах, манорах и наследстве. Распри между родственниками за право получить титул, просители всех мастей и рангов, начиная от желающих получить бесплатное обучение для отпрыска в счет былых заслуг, заканчивая изобретателями, придумавшими совершенно ненужный хлам или разработавшими парочку крайне необходимых законов о цвете ковра у трона в тот или иной праздник.
Уже спустя два часа у меня заболела голова от всей этой каши. Нет, среди людей, шедших ко мне, были те, кому действительно нужна была помощь или кто хотел получить справедливое решение по своему делу. Но таких было в лучшем случае один или двое из десяти, и на них я тратил гораздо меньше времени, чем на других, тех, чьи пустяковые или надуманные проблемы, идеи были пустой тратой моего внимания.
И что самое забавное: те, кто пришел по делу, получив ответ тут же уходили, но получившие отказ за свои дурацкие прошения пытались возмущаться, достучаться до меня, так сказать, донести всю суть своей мысли, которая мне, недалекому, сразу не дошла.
Короче говоря, все началось с головной боли, а закончилось тем, что я был разозлен до предела. Принял едва ли полсотни людей, а уже довели до ручки.
И с удовольствием бы отсеял тех, кто действительно пришел по делу, от остальных тунеядцев, которых надо гнать взашей, да только как их отфильтровать? А никак. Все становится понятно лишь когда они начнут излагать свое дело…
Но я больше не желал терпеть. Отказать в приеме я не мог, ведь это одна из обязанностей наместника, но сделать небольшой перерыв вполне в моих силах. И я это сделал.
Правда, тут же налетели чиновники, однако с ними я разобрался быстро и бесцеремонно — шикнул, напомнив о том, что свои рабочие вопросы они могут решать в строго отведенное время.
Я вышел на балкон и огляделся.
Как же прекрасен Тирр летом. Деревья в графском парке покрыты листвой, голубое безмятежное небо над парком так и шепчет: «Выйди из замка, прогуляйся»…
Но нельзя. Работы у меня полно…
Третий день я был занят тем, что принимал просителей. Казалось, что с каждым днем их становится все больше и больше.
И это действительно было так. Граф Тирр был известен своим крутым нравом и к нему старались лишний раз не соваться. Но в глазах людей я был мягким и покладистым, вот и перли ко мне все, кто только желал.
Даже Рок Аран, видя мои мучения, заметил, что мне нужно показать себя, дать понять, что со мной не буде легче, чем с отцом, и тогда поток просителей уменьшится…
И, как назло, в тот день не нашлось ни одного, кто пришел бы с какой-то ерундой. Вот ведь невезение…
Я разбирался с ними до самого вечера, и когда уже стало невмоготу, объявил, что на сегодня прием закончен.
Предыдущие дни после приема просителей я возвращался в кабинет и зарывался в бумажках, но сегодня этого делать не хотелось. Я решил немного прогуляться по парку. Погода была просто отличной, несмотря на то, что светило уже зашло — в парке зажглись фонари, зной спал, уступив место вечерней прохладе. Короче говоря, идеальное время для прогулки.
И я решился.
Сделав повелительный жест почетному караулу, я сбежал по лестнице и наконец-то вышел наружу, вдохнул прохладный воздух полной грудью.
О, как хорошо… И главное — никого рядом. Мне не хотелось, чтобы церемониальный караул топал позади меня, нарушая идиллию.
Очень хотелось просто побыть одному.
Я пошагал к ближайшей аллее, над которой склонились плакучие ивы, чьи ветви создавали эдакие зеленые арки.
Всегда любил такие дорожки, особенно в детстве. Почему-то казалось, что идешь по волшебному лесу и вот-вот тебе встретятся существа из сказок — волчок Кусай-бочок, барашек Твердолоб или лис Анис…
Как по заказу, из ближайших кустов наперерез мне метнулась тень…
Глава 10
Заговорщики
Честно признаться — я поначалу даже не верил в то, что происходит. Убийца? Серьезно? Что я такого сделал, что ко мне уже подослали убийцу?
Впрочем…мне не обязательно было что-то «делать». Сам факт того, что я назначен наместником кому-то, не пришелся по вкусу. Видимо, это мое назначение сломало чьи-то далеко идущие планы.
Что ж, как правитель, как чиновник я впервые подвергся нападению. И будь я действительно только чиновником, пусть и высокопоставленным, скорее всего, на этом моменте жизнь моя и закончилась бы.
Однако помимо прочего я был воителем, который прошел несколько военных компаний, который часто и долго тренировался. Плюс, как дворянин я уделял много времени тренировкам с личным оружием и, к слову, никогда с ним не расставался.