Глава 21
Друг?
Все пошло именно так, как я и ожидал — журналистская братия практически сразу после того, как стало известно, что мы победили, начала трубить об этом из всех утюгов. Люди, защищавшие центральные миры империи, показывались как настоящие герои — у них брали интервью, их награждали, о них говорили.
Естественно, и я попал в эту волну, как предводитель победителей.
Попытки утащить меня в столицу не удались — я не собирался покидать систему-ворота, тем более что мое присутствие тут было необходимо. Пусть враг прямо сейчас не пойдет в атаку, ему нужен день, два или три, чтобы зализать раны, набраться сил, но это случится. А значит, пока есть время, нужно готовиться к очередной атаке, нужно тщательно подготовить оборону, и я этим занимался, так сказать, держал руку на пульсе событий, контролировал процесс.
Так что прославляли меня только те, кто решился приехать на передовую и тут взять интервью или репортаж.
Как я и ожидал, меня превратили не столько в героя, сколько в символ — эдакий щит и опора империи.
Мне пели дифирамбы, хвалили и благодарили. Ну а я в свою очередь, как и планировал, пытался выбить больше финансирования, больше мехов, кораблей, людей.
И я своего добился.
Уже спустя два дня повсюду начали трубить о том, что кронпринц отправил подмогу бравому защитнику империи. И подмога была так велика, что Железный Лорд (да-да, мое прозвище теперь стало широко известным во всей империи) сможет не только защититься от сепаратистов, но и сам перейдет в наступление.
Конечно, далеко не все было так радужно, как об этом рассказывали. Во всяком случае, я, когда получил полный список того, что мне отправили, лишь недовольно хмыкнул.
Никакой «гигантской» помощи там не было. Скорее уж кронпринц дал то, что было не нужно, лишь бы отделаться от меня, но зато устроил такой пиар, что его подачка выглядела эталоном щедрости.
Нет, я и от этого не откажусь, нам все пригодится, но черт возьми, как же меня бесил тот факт, что я защищаю всех этих высокопоставленных вельмож, центральные миры, включая столицу империи, а они не особо даже и помогают. Будто это только мне надо. Бесит!
К слову, помощь мне вез не кто иной, как граф Баргонт — личный адъютант кронпринца. И что-то мне подсказывало, что он был не просто «экспедитором», а скорее проверяющим или «контролирующим». Наверняка кронпринц отправил его, чтобы угомонить меня. Поменьше выступлений, поменьше заявлений. Получил, что хотел, — теперь молчи.
Но молчать я не собирался. Меня раздражало не только отношение власть имущих к защите центральных миров империи, но и ко всей ситуации в целом. Два флота империи (ударная армада, в которой были мой отец и брат, а также флот, отправившийся к ним на помощь) были окружены и отсечены от систем империи, ничего не могли сделать и ни в чем не участвовали. Осели на месте и ждали, пока сепаратисты не решат их раздавить.
И вот вопрос — какого хрена? Почему нельзя им помочь, почему не прорвать окружение, не дать возможность флоту выйти. Столько кораблей сейчас просто не у дел, а как бы они пригодились мне… Будь у меня такое количество бойцов и звездолетов — действительно бы можно было говорить не только об обороне, но и о контратаке.
Но…имеем что имеем, и с этим придется мириться.
Пока мы ждали прибытия помощи или начала атаки сепаратистов, я занимался текущими делами, в том числе и вопросами своего графства — это ведь никто не отменял.
И вот, когда я как обычно засел в кабинете с бумажками, послышался стук в дверь.
— Войдите!
В кабинет проскользнул Маркус, который в последнее время стал моим эдаким неофициальным адъютантом и помощником, неслышной тенью, идущей за мной и решающей все мелкие вопросы, до которых у меня руки не доходили.
— Босс…
— Привет, Маркус, — кивнул я ему, не отрываясь от кипы бумаг, — что случилось?
— Да есть кое-что, — вздохнул он.
— Ну, что там еще?
— Мы посадили транспортный корабль на одну из наших станций контроля пространства…
Я поднял удивленные глаза на подчиненного.
— Не понял? Гражданский корабль?
Маркус кивнул.
Я все еще удивленно на него глядел. Всему же должно быть объяснение. На кой черт понадобилось пускать гражданский корабль за линию обороны? Что за глупость?
Суть проблемы заключалась в том, что какие бы боевые действия ни велись — пусть это небольшой локальный конфликт, ловля пиратов, разборки дворян или, как в нашем случае, подавление мятежа, однако же трафик пассажирских и грузовых гражданских звездолетов не останавливался. Он физически не мог остановиться. Если становилось в системе слишком уж опасно, если пассажирский лайнер рисковал получить в борт полный залп, то он мог отклониться от курса, лететь через другую систему, но он должен был лететь.