— Людмила! — крикнул он, но его голос был слабым и срывающимся, словно он давно не говорил. Ответа не было. Только шум волн.
Сжав кулаки, Леонид попытался встать, но боль в теле не позволила ему сделать ни одного шага. Он схватился за песок, ощущая под пальцами холодную и влажную землю, и попытался бороться с паникой, которая захлёстывала его.
— Это не может быть всё. .. Я не могу быть один. .. — пробормотал он себе под нос, не зная, на что надеяться. Он осознал, что всё, что у него было — это обломки реальности, разрушенные штормом. И никто не отвечал на его зов.
Вдруг, среди тишины, до его ушей долетел звук, слабый и скрипучий, как шаги по песку. Леонид резко повернул голову, надеясь увидеть хотя бы силуэт, но увидел лишь пустое пространство вокруг. Он снова крикнул:
— Люд! Ты где? Тихон! Ответьте!
Ответа не было. Тишина была настолько оглушающей, что он почувствовал, как каждый момент тянет его к краю безумия. В глазах помутилось, и перед ним опять всплыли образы буря, перевёрнутой лодки и туманного горизонта.
Только вдалеке, где море встречалось с горизонтом, он заметил, как волны постепенно успокаиваются, а темные облака над ним начинают разрываться, давая место бледному свету.
«Если я буду стоять здесь, я сойду с ума», — подумал он. Леонид сделал шаг вперёд. Шаг за шагом он начал двигаться вглубь, держа курс на ближайший склон, где, может быть, он найдет кого-то или что-то. Но при каждом шаге его терзали вопросы: что с его сестрой, что с дедом? И было ли всё это просто страшным сном?
Он шел, не оглядываясь назад, потому что в ту тишину было слишком страшно смотреть.
Леонид с трудом поднялся на ноги, его тело дрожало от холода и изнеможения. Он сделал пару неуверенных шагов по мокрому песку, но ноги казались ватными, будто сами отказывались двигаться. Он закрыл лицо руками, пытаясь сдержать слезы, но это было бесполезно. Боль и страх переполняли его, выплескиваясь наружу.
— Люда! — отчаянно закричал он, его голос эхом разнесся над пустым берегом. — Люда! Тихон! Где вы?!
Ответом был лишь глухой шум волн, словно море насмехалось над его криком, глотая его отчаяние. Слёзы струились по его грязному лицу, и он снова выкрикнул:
— Пожалуйста, ответьте! — Его голос сорвался, превратившись в хриплый шёпот. — Люда… Дедушка…
Он осел на колени, его пальцы вцепились в холодный песок, словно он надеялся, что земля даст ему ответы. Но вокруг была лишь пустота. Слёзы текли по его щекам, смешиваясь с солёными каплями, оставленными морем.
— Почему? — прошептал он сквозь стиснутые зубы, его взгляд устремился в серую даль. — Почему я один? Почему я не смог их спасти?
Мальчик поднял голову, пытаясь снова осмотреть берег. Может быть, они где-то там, за скалами? Или волны выбросили их на другой участок побережья? Надежда, хоть и слабая, заставила его встать.
— Люда! — снова крикнул он, но уже менее громко, с дрожью в голосе. — Я найду тебя. Я обещаю.
Шаг за шагом он побрёл вдоль берега, заглядывая в каждую расщелину, в каждый уголок, который мог укрыть его сестру или деда Тихона. Но всё, что он находил, были обломки лодки, разбросанные вдоль воды. Один из них, крупный, ещё качался в волнах. Леонид остановился, почувствовав, как его сердце сжимается от горя. Это был остаток их спасительного средства, которое не смогло уберечь их всех.
Он подошёл к обломку, провёл по нему рукой, вспоминая, как дед Тихон уверенно держался за весла, как сестра крепко сжимала его руку. Эти образы снова заставили его всхлипнуть.
— Простите меня… — прошептал он, едва слышно, и слёзы снова покатились по его щекам.
Вдруг ему почудилось, что он слышит голос сестры. Он замер, прислушиваясь, но это был лишь ветер, который играл в прибрежных травах, шуршащих где-то за его спиной. Однако этот звук всё же заставил его собраться. Он вытер лицо ладонью, стиснул кулаки и посмотрел вдаль, туда, где горизонт сливался с морем.
— Я не сдамся, — твёрдо сказал он, больше себе, чем кому-то ещё. — Я найду их. Любой ценой.
Леонид медленно брёл по пустынному берегу, оставляя за собой цепочку размытых следов. Мокрый песок цеплялся за его босые ноги, холод кусал кожу, но он этого почти не замечал. Море шумело справа, непрерывно набегая волнами, которые словно пытались стереть его следы, как будто пытаясь стереть память о том, что случилось.