В раздумьях, как поступить дальше, Захарыч окинул привычным взглядом корешки служебных предписаний. Неожиданно его внимание привлекло колыхание в аквариуме. Перед звонком он высыпал на поверхность свежего корму. Организовав плотное кольцо, золотые рыбки покрупнее жадно поедали его, а пузатая мелочь безрезультатно толкалась среди пышно колышущихся вуалевых хвостов в надежде разжиться хоть какими остатками. Отчаявшийся меченосец-баламут, разогнавшись из глубины, наконец, протаранил пространство и выхватил кусок под носом одной из матрон. Понимая, что даром такое не пройдёт, он наподдал хвостом и, выскочив из воды, перелетел аквариум, плюхнувшись на стеклянную поверхность стола. Не понимая, что родная стихия далеко за стеклом, меченосец отчаянно извивался и усиленно работал жабрами. Постепенно теряя силы, он колыхался тише и тише…
Вспомнив, как в таких случаях поступал отец, Николай, осторожно взяв губами нежное тельце, выпустил его на ладонь и с неё дальше в воду. Рыбка вильнула золотистым мечом-хвостом в знак благодарности и скрылась в зелёных зарослях. Нечаянное происшествие встряхнуло Захарыча. Мысли вернулись в привычное русло, потеснив возникший после разговора с Томой негатив. «Конечно, хорошо бы проверить у самой Женькиной дочки, как обстояло дело, только где искать Лену, непонятно. Алевтина в этом вопросе не помощница, — решил он после некоторого размышления. — Можно, конечно, попробовать позвонить матери Плескова в Екатеринбург. А если и там о нём ничего не знают? Поднимется ненужная шумиха, и это навредит делу. Женьку найти надо, а не судить, кто из его дам больше прав или виноват,… — Захарыч скользнул рассеянным взглядом по телефону. — Интересно, почему этот его друг Володя не позвонил до сих пор? — Наверняка узнал в институте нечто нелицеприятное, и решил в кустах отсидеться. В таком случае останется единственная зацепка — машина. Подержанная „четвёрка“, что иголка в стоге сена, их в только столице, не считая области, как бродячих собак. Опять придётся Митина с Серёгой напрягать»…
Захарыч протянул уже руку к телефону и тут, опередив его, аппарат зазвонил сам.
— Приветствую нашу доблестную милицию, — раздался в трубке голос Володи. — Тебе Тома не звонила?
— Только что, беседовали минут двадцать. Где сейчас Плесков, она не знает. И, судя по всему, рассталась с ним тогда же, когда и прочие, — не вдаваясь в подробности, ответил Захарыч.
— Хорошо хоть соизволила, — облегчённо вздохнул Володя. — Я её пару дней так и сяк уговаривал, она ни в какую. Не буду спрашивать, что она наговорила, итог тебе известен.…В институте почему-то уверены, — сообщил он после паузы, — что Женька сейчас за границей, и помог ему туда уехать бывший шеф. К сожалению, проверить нельзя, дядя Саша умер с год назад.
— Жаль, — вздохнул Захарыч. — Ты Женькину дочку когда в последний раз видел?
— Не могу сразу вспомнить, — Володя смолк на мгновенье. — Пожалуй, давно, постой-ка, Алевтина как-то говорила, что она в Екатеринбурге, у матери Плескова живёт. Мать совсем плоха, присмотреть надо, ну и пустая квартира опять же. Что-то не так?
— Просто уточняю информацию, — успокоил его Захарыч. — Больше ничего интересного узнать не удалось?
Володя помялся:
— Есть кое-что, не пойму только, чем помочь может. Последние годы Плесков с молодыми ребятами с кафедры дружбу водил. Я поспрошал за парой пива их заводилу Ипатова. Так вот: они всей кампанией часто парились в Кадашовских банях и после парилки заглядывали в ресторанчик в переулке между Пятницкой и Ордынкой. Этот Ипатов вспомнил, как однажды Женька, видимо узнав кого-то, помахал рукой и вышел, а вернувшись, пояснил, что встретил старую знакомую. Он даже имя назвал: Софья, кажется.
— И всё?
— Да, пожалуй, — Володя виновато смолк.
— Немного, но спасибо и на этом. Будем тему считать закрытой, — вздохнул Захарыч. — Ты мог бы на правах старого знакомого Лене в Екатеринбург позвонить? Только так, чтобы Алевтина не знала, — попросил он. — Узнай, как живёт, когда в последний раз отца слышала. А то, мол, в институте про него давно ни слуху, ни духу…
— Попробую, товарищ подполковник. Как дозвонюсь, сообщу лично, — ответил Володя совершенно серьёзным тоном и положил трубку.
…Отыскать следы Софьи оказалось несложно. Уже во втором по счёту заведении заведующая подтвердила, что около года назад у них работала подходящая по возрасту повариха.
— А почему она уволилась? — поинтересовался Захарыч.