Спокойной произнес синеглазый, не одарив женщину взглядом.
-Что ты ему сказал?
-Не лезь в мою семью. - повысил Марк голос.
Женщина открыла рот, чтобы что-то сказать, но не смогла произнести ни звука. Его слова острым кинжалом вонзились ей прямо в сердце, но светловолосая уже привыкла и собрав всю обиду в кулак, высоко подняла голову и посмотрела прямо в глаза Исаеву. В этот взгляд она внесла всю ненависть к этому мужчине.
-Отпусти его. - прошептала Василиса и развернувшись, спокойно покинула кабинет.
Возле окна стоял черный силуэт парня. Он был так погружен в себя, что не услышал шаги за спиной.
-Не хочешь мне не чего сказать?
Произнес тихо мужчина, но от парня не последовало никакой реакции, он все так же продолжал смотреть в окно своим пустым взглядом.
Медленно подойдя к кровати, мужчина присел. Еще минуту они молча находились в комнате, но поняв, что пора взять всё в свои руки, отец произнес:
-Может поговорим?
Молчание.
-Повернись, кода я с тобой разговариваю!
Парень обернулся и его стеклянные глаза сверкнули в полумраке. От его взгляда по телу мужчины пробежала непривычная дрожь. Лицо сына выражало лишь призрение и ненависть. Подобные эмоции Марк наблюдал каждый день в своих конкурентов, но увидев их на этом лице, он невольно содрогнулся.
-Ты мне уже всё сказал. - голос Рая был холоден, как лед. – Когда всё закончится, я вернусь в Америку.
Его зрачки еще были сужены и придавали парню более устрашающий вид.
–Но до этого момента ты не будешь показывать свой характер. Я не мать тебе.
-Но и не отец.
Сын произнес это с улыбкой на лице, от которой у Марка пошёл холодный пот.
-Проваливай.
Голос его сорвался, и мужчина понял, что его лучше оставить одного.
-Завтра с утра за тобой приедут парни. Они отвезут тебя на первую тренировку.
Кинув последний взгляд на сына, он закрыл дверь, но не еще долго не мог отпустить дверную ручку. Мужчине стоило было наказать сына за приём наркотических средств, но он даже не представлял каким образом. Лишь точно знал: отцовская строгость нужна парню - так он получит первые уроки взаимодействия с мужским сообществом, где часто правят законы, не отягощенные излишней гуманностью. Однако здесь важно разделять строгость воспитательных воздействий и жестокость. Именно данную черту Марк боялся переступить.
На утро меня разбудил стук в дверь. Открыв глаза, я увидел Василису и изогнув бровь, посмотрел на нее.
-Не волнуйся, я лишь дам тебе таблетки и уйду.
Сухо произнесла она, доставая с коробки препарат.
-Вась, ты сколько работаешь с Марком? - поинтересовался я, и она явно не была готова к такому вопросу.
Подойдя ко мне, она подала стакан воды.
-Достаточно. А что?
Я выпил содержимое и заметил, что ее глаза сегодня не излучали радости, как в первый день нашего знакомства.
-Я хотел спросить тебя кое, о чем, - пробормотал я, отдавая стакан.
Василиса настороженно посмотрела на меня и сказала:
-Спрашивай.
-Ты знала мою мать?
-Да. - коротко отвела она.
У меня помутилось в голове. В этот миг я ни о чем не думал, я знал только, что передо мною девушка, которая держит в руках правду.
-Василиса, расскажи мне все, что знаешь. Всё, слышишь? Я должен узнать правду.
Странная печаль засветилась в ее темных карих глазах.
-Ты была тогда с ними. Ты должна знать, из-за чего они расстались. Верно?
-Да. Я знаю это. - со странным спокойствием посмотрела она мне в глаза.
-Тогда скажи мне, пожалуйста! - взял я ее за плечи и с умоляющим взглядом смотрел в ее глаза.
Несколько мгновений Василиса молчала. Она стояла, напрягшись всем телом, словно хотела броситься с края холма в пустоту. Потом медленно заговорила.
-Твоя мать просто не смогла привыкнуть к миру, в котором жил твой отец. Это все, что я могу сказать. Но, - она с мольбой в глазах посмотрела на меня. - Рай, не открывай старые раны.
Она легким движением убрала мои руки с себя и взяв свои вещи, вышла из комнаты, оставив меня одного со своими мыслями. Это безмолвная тишина давила меня со всех сторон. Я был готов умереть сейчас от безысходности, от лжи, которая меня преследует всю мою жизнь.
6. Тренировка
Сидя за столом, я возил вилкой по тарелке, размазывая еду. Ни один кусочек не влезал в мое горло, а разум находился далеко от реального мира. Раз за разом я прокручивал слова Василисы и искал в них то, что поможет мне узнать историю отношений родителей.
-Раймонд Маркович. - вывела меня из рассуждений женщина.
Она была уже в возрасте, с морщинками на лице и бледными зелёными глазами, которые выражали сейчас беспокойстве.