— Шакти — это личная сила, — едва заметно улыбнулся Дхармоттара. — Его использование допускается.
Мы пришли к этому решению во многом потому, что я сам могу не удержать шакти. Не раз мой огненный доспех вспыхивал практически без моего сознательного участия. Проиграть из-за этого дуэль было бы обидно.
Амалея Кишори удовлетворенно кивнула.
— Место и время проведения дуэли? — спросила она.
— Послезавтра в полдень, — ответил Дхармоттара. — Полигон Академии Магии.
Амалея Кишори удивленно приподняла брови.
— Зрители? — уточнила она.
— Официально объявлять о дуэли и собирать зрителей мы не будем, — покачал головой Дхармоттара. — Но слухи в любом случае разойдутся, и кто-то все равно явится. Запрещать бессмысленно.
В том числе и поэтому мы выбрали Академию как место проведения дуэли.
Наш бой должны огораживать сразу два защитных купола восьмого ранга, как минимум. А лучше бы защита была на ранг выше сражающихся магов. Это общепринятые правила дуэлей.
Сейчас у Кишори нет никого сильнее главы рода. И вряд ли найдутся высокоранговые друзья, которые помогут им поставить защитный купол. Никто из аристократов не захочет встать открыто на их сторону.
Ребира Мехта — нейтральная сторона. Проведение дуэли в ее Академии пойдет на пользу ее репутации, а взамен она согласилась поставить второй защитный купол над ареной.
— Так, может, все-таки разошлем приглашения? — предложила Амалея Кишори. — Вам же не помешают зрители?
— Они нам не нужны, — пожал плечами Дхармоттара. — Но если вы желаете, можете разослать приглашения.
Амалея Кишори только усмехнулась.
Не будут они этого делать. На приглашение Кишори никто не откликнется ровно по тем же причинам, по каким не помогли бы им поставить второй защитный купол. У аристократического общества Кишори в игноре.
Скорее уж, приглашения от Кишори могли бы помочь сократить число зрителей.
— Как будем контролировать выполнение условий дуэли? — спросила Амалея Кишори.
— Магическая клятва, — бросил Дхармоттара.
А я с интересом уставился на Минто Кишори.
Обыскивать аристократов на предмет наличия артефактов и накопителей — это оскорбление. Но и магическая клятва — требование на грани. А на слово я ему не верю, и глава рода Кишори прекрасно это понял. Не зря же вскинул на меня злющий взгляд.
Я лишь слегка улыбнулся в ответ.
Амалея Кишори покосилась на отца, который так ничего и не сказал, и неохотно кивнула.
— Подведу итог, — сказал она. — Дуэль состоится послезавтра в полдень на полигоне Академии Магии. Без какого-либо оружия и артефактов, включая накопители. Только личная магия и шакти. Контроль дуэлянтов — магическая клятва. Я ничего не упустила?
— Все верно, подтверждаю, — кивнул Дхармоттара.
— Тогда моя задача как секунданта на сегодня выполнена, — слегка улыбнулась Амалея Кишори. — Позволите остаться на обсуждение мирного договора?
Смотрела она при этом не на отца, что было бы логично, а на меня.
Еще одна провокация?
— Если глава вашего рода позволит, я не против, — ответил я.
— Пусть остается, — махнул рукой Минто Кишори и устремил на меня тяжелый взгляд. — Что у вас за требования к мирному договору, господин Раджат?
Обсуждение мирного договора затянулось еще часа на два.
Как я и предлагал, мы согласовали в итоге сразу две версии. Одна реализуется в случае победы Минто Кишори, другая — в случае моей победы.
В обеих версиях общим оказалось только одно условие: завершение войны.
Кишори попытался было пропихнуть в условия мир между родом Кишори и кланом Раджат на следующие пятьдесят лет, но я это условие не пропустил. Наследника рода Кишори я в глаза не видел и понятия не имею, что он за человек. Может, он чудить будет не хуже отца.
А опираться в таких вопросах на мнение чужих людей — не вариант. Ребира Мехта говорила как-то, что дети Минто Кишори пошли не в него, но это мнение одного-единственного человека. Связывать себе руки на этом основании глупо.
Да и зачем мне-то этот мир? Со временем пропасть между родом Кишори и моим кланом будет только увеличиваться. Сам я нападать не горю желанием, но если понадобится, я их все-таки раскатаю.
А вот отбиться от моих условий Кишори не смог.
После моей победы на дуэли род Кишори должен будет не только принести публичные извинения за действия своего покойного главы рода, но и выплатить двести миллионов в качестве отступных.
Ну и, разумеется, ни о каком возврате их бывшей собственности, которую мы уже захватили, не будет идти и речи. Военные трофеи — это святое.