Исключениями стали только Аби, род из клана Харибхада, и Дхармоттара. У Аби до сих пор было только одно хранилище, а Дхармоттара второй и третий объект получили совсем недавно, уже после нашего появления в этом мире.
Но Харибхада — великий клан, там вполне мог сработать эффект трех клановых «звезд», это ведь тоже магическое усиление. Пусть и из другой линейки, так сказать.
А Дхармоттара — вечный род. Растворенный в крови родовой камень явно дает лучшую степень контакта с системой, чем просто лежащий где-то отдельно.
Либо, как вариант, это могло быть случайным совпадением нескольких редких факторов. У Аби маг девятого ранга — первый в истории рода, да и Дхармоттара не очень-то избалованы в этом смысле. В конце концов, даже среди простолюдинов маги девятого ранга были. Это единичные случаи за всю мировую историю, но они были.
— Возвращаясь к задаче полного восстановления системы, — произнес я. — Правильно ли я понимаю, что нам в любом случае нужно, чтобы все бесхозные объекты обрели хозяев?
— Безусловно, — подтвердил Чопра. — После этого мы сможем максимально безболезненно восстановить производства на оставшихся больших объектах.
— А дальше? — спросил я. — Вы знаете, как восстановить разрушенные объекты?
— Нет, — ответил Чопра. — Боюсь, это нам с вами, коллеги, предстоит выяснять опытным путем.
— Жаль, — вздохнул я. — Что ж, коллеги, тогда наша с вами ближайшая задача — разобраться с целыми бесхозными объектами. К моменту нашей следующей встречи они должны быть привязаны к крови какого-либо рода. Если вы по каким-то причинам не хотите продавать объекты сейчас, привязывайте их к себе. Но вы слышали Чопра-джи, не больше четырех объектов на один род. До этого предела, как я вижу, еще никто из вас не дошел.
Никто, кроме меня самого. К крови моего рода как раз четыре объекта сейчас привязаны.
И избавиться можно максимум от одного объекта. Того, который в море. Он нужен был мне только для исследования возможности попасть внутрь, и на этом его роль исчерпана. Можно продавать.
Только кому он нужен, под водой-то?..
— Так же малочисленным родам я не рекомендую упираться в предел, — продолжил я. — Помните, что система может вытягивать силу. Чем меньше у вас объектов, тем меньше от вас потребуется силы в случае чего. Не жадничайте.
— Сам-то, — фыркнул Аргус.
— Я подумаю, что с этим делать, — усмехнулся я.
— Извини, — примирительно произнес Аргус. — Я пошутил.
— Да прав ты, прав, — вновь вздохнул я. — Ладно, если больше вопросов нет, предлагаю закончить на этом на сегодня.
Вопросов не оказалось.
— Всем спасибо за участие!
На следующий день, перед выездом на встречу с Олару в бывшем загородном поместье Кишори, я заглянул в свой кабинет. Буквально на полчаса, проверить, нет ли чего-то срочного. В условиях войны всякое может быть.
И не прогадал.
— Шахар, звонит господин Минто Кишори! — испуганно выпалила Мирайя, настежь распахнув дверь моего кабинета.
Я поднял на нее глаза и пару секунд помолчал.
Мирайя сначала вздрогнула. Сообразила, что ворвалась ко мне без намека на приветствие, да и тон был не совсем тот, что нужен для доклада. Ей-то кто такой этот Кишори? Глава чужого рода? И что с того?
Когда она выдохнула и взяла себя в руки, я едва заметно улыбнулся и кивнул:
— Переключай.
— Спасибо, Шахар, — едва слышно прошептала она и скрылась за дверью.
Проводив ее взглядом, я откинулся на спинку кресла и дождался звонка своего телефона.
— Раджат! — не дав мне произнести приветствие, ядовито бросил Кишори. — Резвишься?
— Господин Кишори, мне, похоже, сейчас стоит положить трубку, — холодно ответил я, — а вам — позвонить еще раз и начать разговор заново.
— Это еще почему? — недовольно буркнул Кишори.
— Даже с врагами не стоит опускаться до уровня простолюдинов.
На том конце провода повисла тишина.
Думаю, уже вся страна в курсе, как я отношусь к людям. И то, что я учу слуг клановых родов полноцветной магии наравне с аристократами, ни для кого не секрет. Причем учу в том числе и лично.
Уж от меня точно нельзя было ожидать такого сравнения.
Собственно, я этого и добивался. Мне нужно было сбить Кишори с толку и, по возможности, вернуть его в русло адекватного разговора. Просто так он не позвонил бы, у него явно есть какое-то предложение.
Но предложение можно сделать по-разному. И ответ, соответственно, был бы разный. Даже предложи сейчас Кишори что-то дельное, я не смог бы принять его предложение из-за предельно хамского тона. В таком разговоре попросту не было смысла.