— И вам предлагали неприемлемое, — сделал вывод я.
Олару молча кивнул.
Похоже, эта простая сделка внесет изрядное потепление в наши отношения с Олару. Я ведь не воспользовался их положением и не стал задирать цену. Хотя мог.
Еще один плюсик моему клану, неплохо.
— Тогда не буду вам мешать осматриваться, — улыбнулся я.
— Благодарю, господин Раджат, — склонил голову Олару. — И за понимание, и за честную сделку.
— Рад, что мы оказались полезны друг другу, — склонил голову в ответ я.
Олару умчался вглубь территории, а ко мне подошел Астарабади.
— Еще полчаса, и мы закончим, — сообщил он.
— Подожду, — ответил я на его невысказанный вопрос. — Поговорим по пути домой. Подведем итоги этой операции.
— Принял, постараюсь не затягивать, — кивнул Астарабади и тоже умчался.
Я же от нечего делать чуть-чуть отошел от ворот и уставился на плетение стационарной магической защиты. При штурме поместья мне было как-то не до запоминания ее структуры, а сейчас самое время.
Самостоятельно воспроизвести литую защиту, которую ставят Рамеш, я не смогу. Слишком сложно. Такие плетения нужно понимать. Ну или хотя бы иметь навык и просто гигантский опыт точного копирования, а это очень кропотливая и длительная работа.
С секционной защитой все проще. Плетения сами по себе тоже довольно заморочные, но они, как минимум, относительно небольшого размера, их можно запомнить при помощи ментальных техник с ходу. И, возможно, со временем я смогу в них разобраться.
Не факт, что я стану этим заниматься, но прямо сейчас мне делать все равно нечего, так что загружу пока в свою память это плетение.
Астарабади в итоге уложился в двадцать минут, еще минут семь наши бойцы грузились в машины. Через полчаса последняя машина клана Раджат выехала из нового поместья клана Олару.
— Докладывай, — потребовал я.
Сидевший рядом со мной в машине Астарабади отбил последний приказ на связном браслете и поднял на меня взгляд.
— Поместье полностью зачистили от неприятных сюрпризов, самое легкое и ценное сгрузили в одну из наших машин, — начал он.
Я удивленно вскинул брови. Приказа грабить не было, вроде.
А, тьфу, это ж хомяк. У него теперь еще и полномочий полно, он же официально заместитель главы клана.
— Много награбили? — весело хмыкнул я.
— Миллионов на пятьдесят, — в тон мне ухмыльнулся Астарабади.
Я удивился было точности оценки, а потом вспомнил, что Астарабади рулил Аукционом много лет подряд. Уж у него на всякие ценности глаз наметан. Еще и сам, небось, показывал бойцам, что именно тащить из поместья.
— Половина твоя, — сказал я.
Астарабади благодарно склонил голову.
— Что с потерями? — спросил я.
— Тринадцать погибших при штурме, — помрачнел Астарабади. — И еще сорок два при зачистке.
— Так много гадостей было? — изумился я.
Основные потери не во время штурма, а после — это нонсенс. Даже при том, что штурм в этот раз был ненормально быстрым. Даже при том, что это поместье принадлежало бывшему главе ИСБ. Так не должно быть в любом случае.
Нет, я понимаю, что клановая армия — не ровня родовой гвардии, но не настолько же?
— Да не сказал бы, — поморщился Астарабади. — Ловушки были, и довольно много. Но гвардия, скорее всего, вообще без потерь обошлась бы. А эти клановые…
— Договаривай, — напрягся я.
— Они опять не успели отличиться при боевых действиях, — вздохнул Астарабади. — Ну и поперли напролом при зачистке. Мы с Рамом глотки сорвали, пытаясь им объяснить безопасную методику. Бесполезно. Нет, кто-то внял, но чуть ли не половина все равно пошла напролом.
— Что предлагаешь?
— Командиров отрядов, в которых были безвозвратные потери при зачистке, или разжаловать до рядовых, или вообще выкинуть из клана, — резко бросил Астарабади.
— Много таких?
— Пятеро. Остальные восемь отрядов обошлись без потерь. Точнее, раненные у них есть, но это как раз нормально. Некоторые ловушки иначе не пройти.
— Готовь приказ на исключение из клана, — кивнул я. — Нам не нужны люди, которые не умеют думать головой или хотя бы слушать инструкции. Еще только из-за таких придурков нам потерь не хватало. И заодно подготовь общий циркуляр по клану с подробным разбором их действий, чтобы такое больше не повторялось. Семьи погибших обеспечить клановой пенсией на двадцать лет. Если в этих семьях есть взрослые парни, которые захотят вступить в клан, принять их в приоритетном порядке.