– То есть охота должна была убить больше тридцати упырей, чтобы вы согласились уплатить двойную цену?
– Да, – важно кивнул ей лидер скупых, бургомистр города Поперинге.
– Что ж, тогда прибавьте к головам, привезённым моим отцом, ещё две головы, добытые моим отрядом.
– Но эти упыри не принадлежат к тем, которые совершали нападения на мой город!
– Вы лично у них интересовались? – невинно поинтересовалась Барбара. После её слов кто-то хохотнул, кто-то закашлялся, но в основном все соблюдали молчание. Оглядевшись по сторонам и увидев очень мало сочувственных взглядов (даже аристократы, обязанные платить, посмотрели на бургомистра после этих слов безо всякой приязни), бургомистр Поперинге понял, что проиграл. Однако он попытался ещё что-то выторговать:
– Ну ладно, мы готовы заплатить обычную цену.
– Ну уж нет, – встрепенулся глава рода Леман. – Как вы там говорили, сделка есть сделка, кажется?
Так что и аристократам, и чиновникам пришлось раскошелиться на двойную оплату. Вознаграждение же за альпа выплачивалось только в Брюсселе. Судя по тем взглядам, которые кое-то при выплате бросал на главу города Поперинге, последнему придётся пережить ещё немало неприятных минут.
Устав после охоты, я с большим трудом поднял себя на встречу с благородным Верхарном. Сразу после неё я отправился спать, пропустив пир по поводу удачной охоты. Как мне потом сказал Георг, правильно сделал, поскольку на пиру было больше ненужной суеты и злобного шипения, чем празднования: бойцы шипели от боли в заживляемых целителями ранах, а чиновники – от боли воздействия их зелёных бородавчатых подруг.
Родовитый Люк напросился на встречу со мной с самого утра. В кабинет вошёл не уверенный в себе и своих силах лидер охотничьей команды, а человек, испытывающий явную робость перед разговором. Я подождал, давая ему время собраться с духом. Наконец он решился:
– Простите, первородный, я понимаю, что это не моё дело, но вам действительно нужны две тройки магов для охраны?
Такая постановка вопроса заставила меня задуматься. Честно говоря, шесть магов мне казались излишней перестраховкой… если я опять в пасть к демону не полезу. Не полезу ведь, правда? Единственное, что маги тоже люди и должны отдыхать. Об этом я честно и заявил де-Леману:
– Ну, для охраны мне вполне достаточно и одной тройки, но они же должны меняться?
Глава рода Леман выдохнул с заметным облегчением:
– Тогда всё просто, первородный. Я предлагаю следующий вариант. С вами поедет одна тройка, которая будет охранять вас полгода, через полгода её сменит другая. И так будет до вашего поступления в школу. Ну, а к школе посмотрим, исходя из ваших желаний и требований школы.
Мои желания поставил на первое место – мелочь, а приятно, даже если обычный подхалимаж.
– И кто будет меня сопровождать первые полгода?
– Вы их видели. Это тройка благородного Эшли де-Воэна, участвовавшая в нашей охоте на упырей.
Честно признаться, я не запоминал, кто есть кто из обычных магов на этой охоте, мне достаточно было забот с отслеживанием нападения на меня со стороны членов рода Леман, которого я ожидал. Впрочем, если тройка участвовала в охоте на упырей, то вариант всего один:
– Хорошо, не будем терять времени. Пойдёмте, я приму клятву у своих новых телохранителей.
Как я и ожидал, благородный Эшли де-Воэн был тем самым пожилым магом. Кроме него в тройку входила его дочь, та самая маг, которая не смогла сохранить свой доспех в целости ещё до начала основного боя, благородная Вивьен де-Воэн, и молодой маг из немагической семьи Дэвид фон Гантер.
Клятвы не заняли много времени, и вот у меня наконец появились собственные телохранители. Меня заинтересовал вопрос с их палочками. Выяснилось, что личной палочки нет ни у кого в отряде, хотя старшего сына родовитый Люк потерял именно в ходе процесса выращивания древа помощника. Оно высосало из молодого мага слишком много жизненных сил. Но вот специальная боевая палочка, как оказалось, была у всех троих. На мой вопрос родовитый Люк сообщил, что он каждому магу своего отряда заказывает боевую палочку с возвратом денег за неё из жалованья нанятого мага. Точно так же и с защитной амуницией. Именно поэтому отряд де-Лемана славится самыми низкими потерями на Острове.
После окончания ритуала ко мне подошёл благородный Эшли де-Воэн:
– Скажите, первородный, когда и куда вы планируете отправиться из Ипра?