Контраст между двумя был сразу очевиден. Они отличались как хищник и травоядное. Ястреб и его добыча.
Вот только у меня в данный момент была совсем другая проблема. Ведь я узнал равнодушный и бледный свет золотых глаз.
К особам императорской крови постепенно выстроилась живая очередь из желающих поклониться, поцеловать руку, лизнуть пятку и совершить прочие извращения.
Я молча взглянул на Софию. Она морозным взглядом сверлила цесаревича.
— Я понимаю, что ты… — попыталась сформулировать мысль девушка, — должен… поприветствовать. Но я не пойду.
— Кого? — с улыбкой ответил я, поворачивая девушку к себе.
— Великого князя? — с сомнением в голосе ответила спутница.
Интересно.
— Понимаю, что мой отец товарищ его отца, — невозмутимо заметил я, — но меня это ни к чему не обязывает. Я бы сегодня предпочел не… отсвечивать.
Хотя мне хотелось сказать: «не вляпаться в очередное дерьмо».
— Шевалье… — с облегчением выдохнула девушка, — иногда ты просто…
Но, к сожалению, если я не иду к дерьму, то дерьмо идет ко мне. И в совершенно неожиданном виде.
— Надо же, — раздался знакомый негромкий голос прямо под ухом, — а с каких пор Шевалье якшаются с Онежскими?
Это оказался Болотов. Николай. И его оправившийся от травм товарищ, который и решил открыть рот.
— Николай, угомони собак, — спокойно посоветовал знакомому я. — Пока не поздно.
— К сожалению, Рами́, — холодно бросил юный аристократ, — уже поздно. Оскорбление императорской особы — это серьезно.
Ну вот что им не сидится спокойно? Не всем дворянам же нужно причинное место власть имущим лизать? Софочка в этом плане вообще молодец.
— Да я уверен, — попытался остановить двух джентльменов я, дав им возможность решить дело миром, — что Его Императорское Высочество нисколько не оскорбился от моего нежелания стоять в очереди. В конце концов, я всегда могу посетить его позже лично. В дворце. Ну, потому, что я Шевалье.
— А вот я оскорбился, — вызывающе проговорил улетевший в нокаут бедолага.
Ясно. Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты.
— А, ты из этих, — подвинул Софию за спину я. — Ну выздоравливай.
— Как смеешь ты, младший и никчемный, — расхорохорился аристократишка, размахивая кулаками, — не знать никакой дворянской чести и достоинства и…
— Короче? — обратился я к Николаю, игнорируя его друга.
— Дуэль, — отчеканил тот, безразлично пожав плечами.
Я оглянулся вокруг. Похоже, что наш небольшой диалог проходил абсолютно мимо ушей остальных дворян. Большинство из них сейчас было занято появлением цесаревича. Ну или собственными делами, как мило воркующие Перепелков и Толстосумова.
Хорошее время выбрала парочка. Уж слишком хорошее.
— Боишься? — смело бросил мне юнец.
— Ха-ха-ха-ха, — от души рассмеялся я, но лицо молодого дворянина не изменилось. — А, погоди, ты серьезно?
— Ты ведь не в клубе дуэлянтов? — отчего-то поинтересовался Болотов.
— Я в клубе тех, — серьезно ответил я, смотря ему прямо в глаза, — кто сегодня убьет твоего друга.
— Как скажешь, — отчего-то легко согласился Николай. — Главное, что ты принял вызов.
Справедливо.
— Время? — деловито спросил я.
— Сейчас, — скупо бросил дворянин.
— Место? — уточнил я.
— Тут есть сад, — предложил Болотов. — там нам никто не помешает.
Удобно. Ну, значит судьба у молодого там костьми лечь.
— Смотреть будешь? — обратился к Софии я, обернувшись.
— Нет, — бесстрастно отказалась моя спутница, а затем показала наверх. — Не забудь захватить шампанское. Я буду в ложе.
— Прощаться не будете? — сочувственно произнес Болотов.
— Незачем. А вы? — ехидно парировал я, указывая на его друга.
— Гад, — коротко признал поражение дворянин.
— Гад, — легко согласился я.
— Пошли тогда, — спокойно проговорил Болотов, двигаясь к одной из широких стеклянных дверей, ведущих наружу.
Кажется, что наша маленькая стычка никого не заинтересовала. Что странно. Единственное, что двигаясь к выходу я ощущал какое-то нелегкое жжение в области затылка. Аж захотелось повернуться, но я не стал. Все равно быстро закончим.
— Шваль, — оскорбительно обратился ко мне ранее нокаутированный аристократик, спускаясь по ступенькам в сад, — ты настолько бездарен, что даже секунданта забыл?