Тот на мгновение задумался.
Он осмотрел то место, где раньше тяжело висел кристалл, а затем обратил внимание на всполохи за пологом. Оттуда же, казалось, доносились знакомые приглушенные вскрики.
— А я лучник, — коротко кивнул мне юноша, закончив осмотр.
Понимаю, огнестрел для неблагородных слабаков. Знал я парочку таких идиотов. Познакомил бы их, да что-то они отправились на встречу к предкам. За круглый стол. По рациональному использованию инструментов человеческого прогресса.
Похоже, что незнакомец заметил скепсис в моих глазах. Но сильно не расстроился, а лишь весело ухмыльнулся. Ну, с таким настроем он не пропадет.
— Почти все, — коротко бросил парень, разгоняя по коже белесое свечение.
Откуда он его там призывал я спрашивать не решился. Мало ли. Это личное дело каждого.
В следующий же миг в его руках из ниоткуда вспыхнул изысканный лук. Даже такой профан как я открыл рот, наблюдая за потенциальным музейным экспонатом эпохи я-совсем-не-завидую.
Элегантное сочетание изящности и точности как влитое сидело в руках юноши. Глянцевый глубокий черный цвет переливался, подчеркивая естественную красоту дерева. Или того, из чего молодой чудик эту бандуру собрал. А резные мудреные символы источали едва заметное белое свечение.
— Слу-у-ушай, — с ноткой любопытства протянул я, по-заговорчески прищурив глаза, — а ты огнестрелом случаем не балуешься? В прошлый раз он меня ой как выручил.
Молодой человек с удивлением и слегка приоткрытым от удивления ртом уставился на меня. Кажется, он даже что-то удивленно шептал себе под нос. Деталей уловить я, к сожалению, не мог.
— Нет, — энергично замотал головой собеседник, наконец собравшись с мыслями. — Нет, не могу. Я же лучник.
— Ну и ладно… — с легкой завистью проговорил я, поглядывая на появившееся из ниоткуда оружие. — Нет так нет. Не очень-то и хотелось.
Нобу все это время молчал, склонив голову набок. Опять вслушивался в звуки естественного отбора. Я его проигрывать, кстати, был не намерен.
— Рам, — протянул я руку юноше, дружелюбно улыбнувшись.
Пора было выбираться из задницы, в которую я сам себя загнал. Озвучивать это предложение в данный момент не стоит. Или вообще. Никогда.
— Константин, — без малейшего колебания ответил крепким рукопожатием мой новый товарищ, забросив лук за плечо. — Какой сейчас год?
— Не знаю, — искренне пожал плечами я.
Никогда не дружил с датами. И вообще люблю жить одним днем.
— Что-то ты… — сменил тему юноша, задумчиво почесав подбородок, — многовато пролил.
Я с интересом заозирался по сторонам. Действительно. Недавняя моя выходка не прошла бесследно.
Вокруг нас весь пол арены был залит кровью. Даже магическая завеса впитала часть переработанной силы и сильно побагровела у основания.
— Первый раз, — спокойно парировал я.
— Хм, — неопределенно отреагировал на мою шутку Костик, закидывая упавшие на лицо грязные волосы назад.
Настроение само собой шло в гору.
— Константин, — потирая руки перед собой, обратился к временному союзнику я, — а не хотите ли сегодня поучаствовать в великолепной авантюре по выживанию?
Юноша устало разминал поясницу.
— А у меня есть выбор? — обреченно проговорил парень, переводя взгляд с меня на моего слугу.
Обидно вообще-то. Ведь насилие — это не выбор. Насилие — это жизненная необходимость. И в данном случае оно нам необходимо жизненно.
Нобу, словно повинуясь моим невысказанным мыслям, невидимым движением метнулся к разрезу в пологе.
Я без раздумий последовал за ним.
Глава 21
Мы двигались хорошо скоординированной тройкой, где я выступал молотом, а лучник прикрывал меня с дистанции. Нобу же растворялся в тени, балансируя на грани невидимого.
Короткая лестница, ведущая к зрительному залу, была завалена телами. Под ногами хрустели кости, а в воздухе висел тяжелый мускусный запах. Глухие крики боли, победы, и отчаяния эхом разносились по некогда спокойному и размеренно живущему своей волей комплексу.
Наше трио вихрем выскочило на зрительные места, где лицом к лицу столкнулось с первым препятствием. Группа охранников, залитых кровью, разъяренных от только что прогремевшей стычки, закончившейся в их пользу, с жаждой и злобой в глазах ожидала новых жертв. Их глаза светились гнетущим красным магическим оттенком и некогда черные мантии окрасились тем же цветом.
Константин среагировал первым. За спиной раздался короткий звук, а затем огненная стрела со смертоносной точностью врезалась в группу врагов. Она попала прямо в грудь первому стражнику, который никак не успел защититься. Он закричал. Нет, завизжал, охваченный пламенем, сжигающим его заживо.