Однако, вскоре я обнаружил знакомый мне пейзаж: стол, два кресла и столько же игроков. Похоже, что Седрик нашел себе нового оппонента. Или, скорее, хорошо забытого старого.
Все-таки за столом сидел Матиас. Только уже без своего вездеходного доспеха, усеянного рунами. Оба брата были укрыты пледами. На столе стоял термос с горячим напитком, закрытый контейнер и пара железных кружек, от которых валил пар.
Матиас пребывал в задумчивости, потирая подбородок. Кажется, что на доске момент был критическим. Однако, меня интересовал другой персонаж. Ведь среди оппонентов затесался шпион.
Стройная фигура, а точнее пятая точка, торчащая из куста выдавала рыжего Штирлица с потрохами. На этот раз, я все-таки решил поприветствовать сестру.
Вместо типичных слов я просто замедлился и мягкой поступью приблизился к засаде. Гордый одинокий охотник не успел ничего запо…
— Ты бы еще громче топал, — прошептала Ирэн, когда я присоединился к ней на ее наблюдательном посту.
Жаль, но стелс явно не был моей сильной стороной.
— И я рад тебя видеть, — негромко проговорил я, встречая изучающий взгляд изумрудных глаз.
Мы оказались совсем рядом. И под боком с Ирэн было прям тепло. Все-таки она единственная в семье владела магией огня. И соответствующим характером.
— Где же ты была, — невольно вздохнул я, вспоминая количество сугробов в Зимнограде, — моя карманная грелка.
— Здесь, в Москве, — удивительно логично ответила рыжая, но затем вернулась в свой обычный режим. — Но я та-а-ак польщена, что ты скучал.
— Да нет, — парировал я, покачав головой, — там было не до скуки.
— Кобель, — равнодушно проговорила Ирэн, неправильно меня поняв.
К тому же еще фыркнула и отвернулась.
Я же лишь усмехнулся, а затем вышел из кустов и направился к играющей в шахматы парочке.
— У вас в кусту сидит белка, — указал на засаду Ирэн я, когда подошел достаточно близко к шахматистам, — и очень хочет поиграть.
Я был почти уверен, что парочка и без меня знала, что за ними следят. Ну хотя бы потому, что Матиас пялился на доску без единой сдвинутой фигуры. И играл он белыми. Из кустов, похоже, совсем игрового поля не видать.
— Угу, — не обращал на меня внимания Матиас.
Все-таки имел право. Я его знатно обломил. Особенно учитывая, что провалился он прямо перед своим романтическим интересом. Я его даже чуть-чуть понимаю. Но это уже совсем другая история.
— Такая ма-а-аленькая, миленькая рыженькая белочка, — улыбнулся я внимательно слушающему меня Седрику, — которая очень-очень-очень сильно стесняется.
— Ты кого белкой назвал?! — резко обдало меня теплом из-за спины.
А вот и бушующий вулкан наконец начал извергать потоки лавы.
— Тебя, — спокойно махнул я рукой, не оборачиваясь.
— А маленькой?! — никак не могла угомониться Ирэн.
— Тебя, — продолжил гнуть свою линию я, — и, предугадывая твой следующий вопрос, миленькой я назвал тоже тебя.
На мгновение мне показалось, что в меня все-таки влетит какой-нибудь фаербол, но обошлось. Седрик же, казалось, получал настоящее удовольствие от спектакля. Аж лыбу давил, что бывало с ним редко.
— И я не стесняюсь, — как-то совсем по-девичьи призналась Ирэн, — просто играть не умею.
Да и пусть. Эти двое вон никак первый ход сделать не могут. Просто попросила бы научить.
— А мы научим, — словно прочитал мои мысли Седрик.
— Угу, — все также экспрессивно отреагировал Матиас.
Я же сделал несколько шагов в сторону и поднял заснеженную скамейку, стряхнув с нее выпавшие осадки. А затем поставил ее у стола, за которым собрался клуб ценителей шахмат.
— Садись, — скомандовал я, протирая скамью рукавом пальто.
Холодновато, но магу огня пойдет.
— Сама знаю, — на удивление не стала спорить рыжая, плюхнувшись по центру скамейки.
Что-то она совсем расфуфыренной вышла. Магия — не панацея. Я снял пальто и накинул на ее обнаженные плечи.
— А?! — взбаламутилась Ирэн, непонимающе уставившись на меня своими чарующими зелеными глазами.
— А?! — впервые по-настоящему среагировал Матиас, чье лицо выражало искреннее удивление.
— А?! — откровенно затролил нас Седрик, второй раз за несколько минут растянувшийся в непроизвольной улыбке.
— Ага, — коротко и ясно закончил наш монументальный философский полилог я.