— С-спасибо, — раздался едва различимый тихий голос сестры.
— Е2-е4, — уверенно продекламировал Матиас, решив наконец начать игру.
Я же решил не задерживаться и двигаться к тренировочному залу.
Родные стены встретили меня привычным теплом и составом. Мои японцы во главе с Игараси Нобу выполняли базовые удары мечом. Не все. Видимо, слуга собрал только мечников.
— Путь тысячи ударов начинается с одного, — довольно пробормотал я, кивая своим подопечным.
Впрочем, меня самого уже заметил тренер. Точнее, старший брат. Самый старший.
Точного возраста всех детей я не знал, но был уверен, что разница между всеми нами была небольшой. Раф хоть и выглядел громоздким, но казался довольно молодым. Двадцать? Двадцать два? А Аксель по манере поведения и речи едва ли прошел первое совершеннолетие.
Оно и логично. У нас явно была не одна и та же мать. Уж очень отличались глаза, волосы и магия, которой обладали разные члены семьи.
Наверное, если бы у Рафа были волосы, то он бы был блондином. Все-таки глазами и чертами лица он смахивает на Беатрис и Акселя. Правда, на стероидах.
— О чем задумался? — внезапно поинтересовался подкравшийся ко мне старший брат.
Неожиданно. Он как-то редко интересовался чем-то, кроме тренировок и дел рода. В которые, судя по постоянному сопровождению отца, был неплохо посвящен. Старший и сильнейший. Смог бы Седрик победить его в бою? Вряд ли. А я? Никогда. Дай мне сотню лет, и я все равно не догоню его. Ведь Раф тоже не станет стоять на месте.
— Если бы у моей бабушки были колеса, — решил не признаваться я, что думал о его лысине, — то она была бы скутером.
Ответом мне стал лишь короткий кивок. Что-то мне сегодня все одобрительно машут головой. Вверх-вниз.
Ну, брательник, ты уж прости. Настоящий мужчина не делится чувствами. Лишь держит все внутри, собирая эмоции по капле. До тех пор, пока не появится шанс выплеснуть все наружу неудержимым штормом. Таков путь.
— Не подведи на балу, — ни с того ни с сего пробасил Рафаэль, опуская пудовую руку мне на плечо. — Когда вернешься, то нам нужно будет серьезно поговорить.
А чего не сейчас? Ладно, главное, что здоровяк не держит зла. Все-таки я из-за своих подвигов буду его заменой. А может он хотел найти себе подходящую пару? А что, пора.
Впрочем, скоро все эмоции покинули мой бренный разум.
— И, Рам, отец держит это в секрете, — суровым тоном добавил старший брат, до хруста сжимая мое плечо, — но будь готов. Эта зима для тебя станет поворотной. Тебя ждет встреча с императором.
А вот это была новость, к которой я оказался совершенно не готов.
Глава 25
Снежинки ритмично парили под нежным светом луны, освещающим территорию дворянского поместья. Им в такт за широкими резными окнами жужжали и шумели суетящиеся как пчелки люди. Здание сегодня действительно скорее походило на улей.
Я же, как и полагается жуку, нашел минутку покоя на крыльце. Иначе меня бы в сотый раз затянули в водоворот суеты.
Мне этот вечер особенным не казался. Награда? Скорее головная боль. Я размял плечи, но они были плотно сжаты тканью костюма, отчего размахнуться толком не выходило.
Все-таки немного жмет. Нужно будет попросить Инну подогнать в следующий раз. И когда я успел вжиться в роль дворянина?
— Синий тебе к лицу, — раздался ласковый голос из-за спины. — Волнуешься?
Я обернулся.
В дверях стояла Беатрис. Ее длинные светлые волосы спадали на плечи, покрытые теплым клетчатым пледом. А бирюзовые глаза с интересом изучали мое лицо. Девушка была одета в нечто больше похожее на сарафан, чем платье, и тапочки.
Губы сами собой расплылись в улыбке.
— Нет, — бессовестно соврал я, — Что я, императоров что ли не видел?
Девушка подошла ближе и присоединилась к моему созерцанию причудливо танцующих снежинок. Жаль, что я так не умею. А плясать мне точно придется.
— Нашел партнершу? — поинтересовалась Беатрис.
— Обижаешь, — второй раз солгал я, — разве мог такой красавец как я остаться один?
Сестрица лишь по-доброму усмехнулась.
— Верно, — легко согласилась девушка, слегка поежившись от прохладного воздуха. — Но лжец из тебя никакой.
Я даже на мгновение растерялся.
— Ты первая, — повернулся к девушке я, встретившись с ней взглядом, — кто мне это говорит.
— Все бывает в первый раз, — флегматично подметила Беатрис.
Ее глаза были похожи на бездонный светлый океан. Вот, что воистину можно назвать зеркалом души.
— С тобой мне было бы спокойнее, — ответил я, поправив слегка сползший с ее плеч плед.