— Оружие?
— Автоматы, пистолеты, ножи, — пожал плечами Жбан.
— Расположение комнат? — продолжал допытываться незнакомец.
Попавший в плотный захват Жбан краем глаза заметил еще несколько фигур, рассыпавшихся по двору. И все тоже в таких же комбинезонах. Люди осторожно занимали места под окнами и замирали в ожидании атаки.
— Холодные сени, вход в дом, небольшой коридор, — стал перечислять пленник. — Слева хозяйская комната, потом идет большая комната, вроде гостиной. Посредине стоит печка. Справа от нее две спальни и кухня.
— Все на кухне или уже спать легли?
— На кухне сидят, — признался Жбан.
— Водяру жрут, небось, — сказал за его спиной тот, кто держал нож возле горла.
Жбан благоразумно промолчал.
— Ладно, свободен, — кивнул тот, кто расспрашивал.
И Жбан повалился на землю, оглушенный сильным ударом рукоятью ножа.
— Под крыльцо его затащи, — приказал Ильяс Слону. — Руки и ноги перетяни, кляп в рот не забудь.
Вжикнули нейлоновые шнуры, плотно стягивающие руки и лодыжки упавшего пленника. Слон со всей обстоятельностью обшарил бесчувственного Жбана, и его пистолет с ножом перекочевали к новому владельцу. Легко, без натуги боец перетащил пленника под крыльцо, захламленное картонными коробками и перевязанными пачками старых газет.
— Полежи здесь, — похлопал Слон наемника по щекам и запихал в рот заранее приготовленный кляп. — Не замерзнешь, надеюсь.
Ильяс прижал ладонь к уху и дал короткую команду. На крыльцо взлетели двое бойцов, осторожно открыли дверь — беспечность наемников не удивила Бекешева. Почувствовали себя неуязвимыми, вот и расслабились.
Вслед за двумя бойцами в черных «бризах» поднялись еще трое: Ильяс, Слон и Лязгун. Вся пятерка замерла возле двери, ведущей в дом.
— Кухня справа, — прошептал Ильяс. — Светошумовую кидай. Вяжем всех.
— Понял, — прозвучал глухой ответ.
— Пошли!
Дверь распахнулась. Один из бойцов, неслышно перебирая ногами, переместился вглубь коридора, а второй рванул в комнату хозяина-инвалида. Гулко хлопнуло, стены осветило отблесками яркой вспышки. Послышались крики, звон посуды, грохот падающей мебели.
— На пол! — заорал Слон, врываясь в кухню, где метались ошалевшие наемники, получившие серьезное ослепление после «зари». — На пол, гниды! Руки за спину!
Один из наемников посчитал, что может прорваться, несмотря на пляшущие в глазах яркие пятна, и получил жесткий удар прикладом автомата в лоб. Остальные предпочли упасть на пол. Их быстро связали и рывком подняли на ноги.
— Выводи на улицу, — приказал Ильяс. — Шевелитесь, парни, пока деревня не проснулась.
К воротам, тихо урча мотором, подъехал микроавтобус с тонированными стеклами. Дверь с шуршанием распахнулась, и наемников бесцеремонно закинули внутрь, не разбираясь особо, удобно ли им лежать в узком проходе между креслами. Не забыли и Жбана, уже пришедшего в себя. Салон заполнился вооруженными бойцами.
— А где хозяин? — спросил Ильяс Лязгуна.
— Да он бухой, даже не проснулся, — ответил парень.
— Точно бухой?
— Проверил, точно.
— Поехали! — приказал Ильяс водителю, взяв на себя ответственность оставить инвалида дома. Предполагалось, что он вообще не в курсе, кто эти люди. Деньги платят за проживание — и то хлеб. — Этим руки связать!
Машина мягко покатила по неширокой улице, приминая свежевыпавший снег, доехала до конца и развернулась в обратную сторону. Впереди ничего, кроме перегороженных жердями поскотин, не было. Прибавив скорости, микроавтобус вскоре исчез в подступающем к деревне лесу.
Такие странные эволюции не остались незамеченными местными жителями. Просто они не хотели выяснять причины, по которым в их родную деревню зачастили гости. Зная, что у Бориски-хромого давненько околачиваются странные люди с оружием, ничего удивительного, что за ними приехали и тайно вывезли в неизвестном направлении. Для охотников такой вариант был куда предпочтительнее, чем неизбежные разборки с чужаками.
****
Никита категорически не хотел осквернять место, где проживала его семья. Не для того рушилось старое поместье, чтобы превращать его в пыточные подвалы. Пойманных наемников привезли в частный дом, который давно уже был выкуплен для подобных дел. Находившийся в тихом районе Вологды, он ничем не привлекал внимание местных жильцов. Эка невидаль, заботливый сын купил престарелому отцу жилье с маленьким палисадником, и хоть иногда, да посещает его. В чужие дела не принято нос совать.