— Все в порядке, там никого. Давай ополаскиваться и двигать к дому. Не хочется торчать в бане, если проблемы со светом затянутся надолго.
— Как ты себе это представляешь?
— Так же, как и при свете. Я ведь рядом.
— А вдруг там будет какой-нибудь паук, или ещё что-нибудь мерзкое, а я не увижу?! Нет, я не смогу!
— Ладно, пошли вместе.
— Как вместе? — совсем потерянно спрашивает русская.
— Спокойно, в купальниках и плавках, примем душ, закутаемся в халаты и пойдём в дом.
— Ну, давай…
Найдя душевую кабину, затягиваю туда с собой Ольгу. Открываю кран и настраиваю температуру воды. Подруга по несчастью буквально не отходит от меня ни на миллиметр и не выпускает из рук. Настолько велика боязнь темноты? На самом деле, в этом нет ничего хорошего. Страхи разрушают нас, вынуждают подчиняться обстоятельствам или людям, которые окунают нас в них. С этим надо бороться.
Нашарив какой то флакон, я подношу его к носу. Да, смахивает на шампунь Оли. Прошу ее не двигаться и выливаю немного жидкости на волосы рыженькой. От моих прикосновений она чуть заметно вздрагивает, а я принимаюсь с детским восторгом размазывать косметику по волнистым локонам.
— Я могу и сама.
— А… эм… извини, я просто подумал, что было бы неудобно толкаться локтями, тем более ты предпочитаешь не разрывать физического контакта.
От этого махрового бреда я закатываю глаза, благо непроглядная тьма скроет это от Оли. Страх Господень, я уже даже не слежу за тем, какой идиотизм сочиняет мой мозг.
— Ладно, — укладывая ладони на мою талию, с ощутимой улыбкой в тоне, говорит она.
Все это принятие душа происходит неимоверно абсурдно и глупо, но черт подери, не видно же ничего. В итоге из-за страха Ольги мы практически не расставались всю дорогу. И вот, легко и непринужденно, главная скромница особняка уже трёт мне мочалкой спинку. В следующий раз, когда пойдём в баню, я специально приплачу какому-нибудь электрику за повторение этого шоу.
Внезапная вспышка больно режет глаза, мы оба невольно зажмуриваемся. Ведомый инстинктами, я хватаю зеленоглазую за руку и завожу за спину. Мало ли что. Со временем я привыкаю к свету и, щурясь, открываю веки. Все спокойно и никаких хлопков двери я не слышал. Выходит, действительно просто отключение? Это хорошо. Червячок сомнения в моей душе успокаивается и я расслабленно выдыхаю. Оно и к лучшему. Тем более скоро Каин и Лейла вернутся.
— Ну, вот, все позади.
— Да, — явное облегчение скользит в задумчивом голосе Ольги, помимо мочалки я ощущаю прикосновение ее пальцев к спине. Она проводит ими по шрамам? Скорее всего да. Их там слишком много. — Мазь не помогает…
— И не поможет. Ким сказала, что тут только пластическая операция может спасти ситуацию, но я думаю, что это лишнее.
— Я никогда не поверила бы, что Паша способен на такое.
— Как видишь, — оборачиваюсь лицом к ней и укладываю ладонь на тонкую талию, второй чуть приподнимаю подбородок раздосадованной подруги. — Выше нос, это все позади.
— Да… Выходим?
— Пожалуй, да.
Я вылезаю из кабины первым и подаю ей полотенце и халат, чтобы она могла вытереться и переодеться. Сам же я принимаюсь проводить аналогичные процедуры в предбаннике. Вешаю насквозь мокрые плавки на веревку и надеваю шорты на голый зад. Чистого белья мы с Ольгой не прихватили. Как только она облачается в халат, мы наконец уходим из бани и шагаем к дому. Интересно, как Тимка отреагировал на наше отсутствие и долгую темноту?
— Иди в комнату, как раз переоденешься, а я пока гляну что у нас с автоматами. Вдруг какой-то из них выбило от внепланового отключения.
Кивнув в ответ на мои слова, Оля удаляется вверх по лестнице, а я направляюсь в дальний угол большого коридора. Так-так-так. Вроде все в порядке и включено, а нет… Что это у нас? Один из автоматов выключен, при том достаточно малой мощности. Что на него подвязано? Ах, да, камеры наблюдения и сигнализация. Почему оказался выключен только он? Все это более чем странно. Он потребляет слишком мало мощи, чтобы вырубиться при перегрузке, отключились бы другие автоматы, с большей нагрузкой. Внезапно меня будто кипятком окатывает, он не только выключен, к нему ещё и провода обрезаны. Это явно не могло произойти случайно. Обесточить весь особняк чтобы подобраться к щитку незамеченными, избежав прицелов камер. А затем не вызывая подозрений включить все обратно, напрочь лишив отца или Каина возможности в динамике понять, что что-то пошло не так.
Ольга, я отправил ее в комнату одну… Нет! По шкуре пробегает холодок, а мышцы сковывает мелкая дрожь, некогда стоять, нужно забирать ее, Тамерлана и запасаться оружием, если ещё не поздно. Со всех ног, не издавая ни звука, перемахиваю лестницу на второй этаж. Сердце набатом колотит в груди. Она словно предчувствовала беду, а я не послушал, решив, что никто не мог так оперативно среагировать на отъезд Отца. Домчавшись до двери в свою комнату, махом открываю ее и впадаю в полный ступор.
— Тише, будь хорошим мальчиком, не шуми, а то куколке придётся не сладко.
Четверо… Мне не совладать с четырьмя бойцами сейчас. Ольга в лапах одного из них, с диким ужасом смотрит на меня. Ее руки, очевидно, скованны за спиной, а на лице красуется добротный кусок скотча. По щекам рыженькой катятся крупные слёзы, я должен что-то сделать, спасти ее.
— На колени, — держа пистолет у виска русской, говорит один из них с ощутимым немецким акцентом. Немец? Откуда? Оля пытается вырваться, кивая головой на дверь и что-то неразборчиво мыча. Я не смогу оставить ее и сбежать. Поднимаю руки в воздух и покорно опускаюсь на колени. Нечем крыть, она в их руках и поставить самое ценное под удар я не в праве.
— Цвёлф, Элф, валите его на пол и прижмите покрепче.
Выходит, тот, что держит в руках Олю, у них за главного. Паршиво. Моментально меня укладывают мордой в пол. Руки разводят в стороны и крепко вжимают в паркет. Я не сумею вывернуться из этого. Испуганно я начинаю понимать одно: это, пожалуй, финиш. Кто эти люди? Джейсон их нанял? По физической форме это явно не шпионы. Почему они так странно называли друг друга? Как узнали, что в доме только мы? В панике я совсем теряюсь. Нужно что-то делать, как-то спасаться! Хапнув меня за волосы, один из них вынуждает меня поднять взгляд на главаря. Стеная, Ольга захлебывается слезами. Нужно успокоиться. Я должен как-то выкрутиться и защитить девчонку.
— Цеин, на-ка, подержи малышку.
— С удовольствием.
Ехидно ухмыляясь, так называемый «Десятый», грубо хватает Ольгу в свои клешни, отчего та невольно приходит в ещё больший ужас. Ну, суки. Пытаюсь выдернуться, но сил мне не хватает. Чертова реабилитация. Это однозначно дело рук Найта, выродок, только он мог подобрать такой идеальный момент.
— Кто тут у нас? — держа меня за морду, елейно улыбается командующий парадом. — Догадываешься зачем мы тут?
— Лясы поточить, в противном случае не понимаю, почему я ещё жив.
— Догадливый, люблю таких. Жаль не девица, а то я бы наказал твой дерзкий рот. Впрочем, — указывает тот на Ольгу. — Могу отыграться на ней.
В бешенстве я вновь предпринимаю попытку вырваться, рыча от собственного бессилия. Вся четверка принимается бодро и отвратительно ржать надо мной.
— Тронь ее и ты труп.
— Не находишь своё положение несколько бедственным, для таких заявлений?
— Неин, хватит трепаться, вали его да давай лучше девчонкой займёмся.
— Поговори мне тут, шавка. Сам разберусь. А по поводу барышни — обломитесь. Заказчик ясно сказал, что девственность проверит и если ее там не окажется, то сами знаете, что с нами будет.
Кончики ушей будто горят, а все потроха оплавляются от настоящего цунами гнева, затапливающего сознание без малейшей жалости. Никому не позволю к ней прикоснуться. Разорву всех и каждого в клочья. Бригада карателей разочарованно вздыхает, а главарь, сильнее сжав пальцы на моих щеках, пристально вглядывается в мое лицо. Из-за спины он вытаскивает одинокую катану и кладёт её передо мной.