— Оу, ты чего как загнанная лошадь? Отдышись. Присядь.
Падаю в кресло и наливаю себе воды из графина. Натуральный кошмар. Даже боюсь себе представить день, когда я решу сделать Ольге предложение. Что тогда мне подкинет мой воспалённый больными фантазиями мозг? Я вообще выживу после этой подготовки? Плевать, пока рано о таком думать. Главное чтобы завтра все прошло гладко.
— Застрели меня, я устал до безобразия сегодня.
— Все готово хоть?
— Да. Все идеально и по моим прикидкам мероприятие должно пройти как по маслу. Вот только сегодня у меня дух вон.
— Ничего страшного, на пальму залезть в состоянии некислого опьянения тоже, знаешь ли, трудно.
Смеюсь в ответ на замечание Девингема. Да лучше бы я сто раз на пальму слазил, чем имел бы дело с такими мерзкими личностями, как Фицджеральд. Черт с ним, зато завтра рыженькую ждёт такой день, которого, готов поспорить, у неё не было ещё никогда в жизни. И это подогревает мои внутренние силы.
— У меня есть к тебе дело. Завтра нас весь день не будет в Штабе, а Тимку надо кормить каждые три часа, в идеале. Можешь за ним присмотреть, пожалуйста? Я оставлю тебе ключ от двери. Ну, пожалуйста!
В какой раз за день я строю умоляющие глазки? Даже не знаю, счет потерял. Закатив глаза, брат забирает у меня из рук протянутый ему ключ и обещается помочь. Уф, миссия на сегодня выполнена. Сейчас бы завалиться спать без задних ног, чтобы завтра быть огурцом, да вот только покой нам лишь снится.
— Присмотрю.
— Как тебе с Лейлой живется, кстати? У нас так и не было времени поболтать на эту тему.
— Да, — театрально выказав обиду, коротко надувает губы Каин. — У нас все хорошо. Знаешь, возникает такое ощущение, будто мы всю жизнь вот так вместе прожили. Настолько удобно и хорошо в моральном плане, что хочется спешить домой каждый день.
— Это же здорово! Рад за тебя, — кошусь на часы и отмечаю, что Ольга освободится буквально через пять минут. Черт. Пора бежать. — Ладно, я пошёл, послезавтра поговорим. Идёт?
— Обязательно, ты же знаешь, я лопну от любопытства.
Киваю напарнику и спешу к своему кабинету. Обшариваю карманы и понимаю, что оставил ключи от него дома. На ум приходит только старый добрый мат. Вот дерьмо. Ладно, мы пойдём другим путём. Набираюсь наглости и после стука, вхожу в кабинет Главы. Оля и Отец уже практически собираются на выход. Вот и отлично, я вовремя.
— Зашёл забрать помощницу, — шутливо подмигиваю Главе, красноречиво давая понять, что с завтрашним днём все в порядке. Райану никогда не нужно было лишних слов для того, чтобы понять нас с Каином. Он лишь довольно улыбается в ответ, делая короткий одобрительный кивок.
— Да, мы как раз уже собирались по домам. Ты заходил к Ким сегодня?
— Да, отец. Шов пока рано снимать.
— Хорошо. А теперь дуйте, у вас тренировка с ребёнком. До завтра.
Меня как током прошибает. Ещё же с Тимкой на тренировку бежать. Черт, сколько можно сегодня носиться везде? Стоя рядом со мной, Оля озадаченно смотрит под ноги, будто бы что-то изучая взглядом. Что она там увидела? Устремляю своё внимание вслед за ней и повержено закрываю глаза. Дьявол. Во всей этой суматохе я не глядя напялил крокодиловые ботинки и припёрся в них.
— Я не помню у тебя таких туфель, — растерянно говорит рыженькая.
— А.. Эм… Каин себе заказал новые, а ему размер не подошёл. Вот он мне и отдал. Прикольные, правда? — в ответ на мою ложь боевик закатывает глаза и старается не засмеяться в голос, а я бы и рад прикрыть глаза рукой, да выдам себя с потрохами.
— Не плохие. Мне казалось, что у Каина нога несколько больше твоей.
Нокаут. Её наблюдательность просто не ведает границ, и я натуральным образом не знаю, как выкрутиться из этого. Конечно, где там моему скромному по мужским меркам сорок первому тягаться с его сорок четвёртой ластой? Отец откровенным чудом сохраняет спокойствие и не срывается в хохот, а я лихорадочно придумываю очередную гениальную отмазку:
— Ну, да, представляешь, какой развод? Аж на три размера меньше пришли. Куда смотрят, когда присылают. Ладно, пойдём, пора Тимку на тренировку собирать.
Сомневаюсь, что она поверит в этот несусветный бред. Впрочем, зеленоглазая благоразумно молчит, принимая импровизацию за данность. Пожелав доброго вечера и ночи Главе, мы, наконец, покидаем его кабинет. Вот держу пари, что сейчас отец будет ржать до посинения. Чуть не спалился сегодня. Тоже мне, шпион. То забыл, это не проконтролировал, там не посмотрел, везде чуть не опоздал. Кошмар. Главное, что все успел в конечном итоге.
В покоях Тамерлан честно и добросовестно разорвал на клочки оставшийся возле шкафчика несчастный огрызок моей рубашки. Мысленно матерюсь, прикрывая глаза рукой. Где эта наглая мохнатая рожа? Не заставляя долго себя ждать, на пороге объявляется мелкий вредитель и радостно ластится к Ольге.
— Что тут произошло? — осматривая лоскутки, интересуется русская.
— Вот же гад… Я сегодня был на складе оборудования. Мне нужно было кое-что проверить. Помог Элиоту перетащить пару коробок и испачкал рубашку. Зашёл переодеться и оставил шмотку на диване, не донёс до ванной, спешил сильно. А этот засранец вон, порвал её, походу.
Строго цокая языком в адрес Тимки, Оля принимается ругать щенка за содеянное. Усевшись напротив, пёс виновато поджимает уши и внимательно выслушивает каждое слово. Боже, какой смирный. Слушался бы меня — не огребал бы от Ольги. А так на, лови, пусть мамка тебя отчитывает за порчу имущества.
— Ах, да. Держи, — доставая из малюсенькой сумочки конверт, говорит Оля. — Глава просил тебе передать. Сказал, что ты поймёшь что к чему. Я не знаю что там.
— Спасибо. Потом погляжу.
Главное не расплыться в хитроумной улыбке. Держи себя в руках, Рик, держи! Теперь у меня и пропуск на руках. Все отлично. Осталось только текст песни выучить и подготовить хотя бы скудные намётки речи. Впрочем, более чем уверен, что все один черт скатится к лютой импровизации.
Переодеваемся в спортивные вещи и цепляем бедокура на поводок. Надо как-то пережить тренировку и можно будет вздохнуть спокойно. Надеюсь, сегодня не будет никакой активной беготни, а то я рискую не доползти до постели. Ещё не мешало бы поесть, а то на обед у меня был лишь одинокий коньяк.
Как только нам оглашают достаточно спокойный ритм тренировки, я буквально делаю облегченный выдох. Ура, хоть здесь я, наконец, расслаблюсь, и просто буду наблюдать за Олей и Тимкой. Очаровательная укротительница не только собак, но, как выяснилось, и мужчин, непреклонно дрессирует щенка, заставляя его сидеть и лежать. Полезные команды, как не крути. Может они хотя бы на каплю позволят усмирять его необъятную энергию.
Спустя два часа упорной тренировки Тимка начинает осознавать неизбежность подчинения и, пусть нехотя, но выполняет отданные ему команды с первого раза, настырно требуя за свои выходки лакомство. Жуй ради бога, только делай, что просят. Он должен закончить это обучение и получить корочку, иначе я проблем не оберусь.
После занятий мы решаем немного прогуляться с питомцем по парку, а заодно и подышать свежим воздухом. Приятная прохлада окутывает тело, остужая ход мыслей. Оля рассказывает о том, как разносила сегодня бумаги адресатам и о забавных моментах уходящего рабочего дня, а я смотрю на неё и все явственнее представляю завтрашний день. Будто бы ощущаю восторг, в который ввергнет её водоворот событий.
Осталось подождать всего сутки, О’Хара, и она или твоя, или все пропало. От осознания этого во мне зарождается лёгкое беспокойство, томительной интригой захлёстывая сердце. Вдруг все же она не захочет остаться? Что если тот случай в особняке стал для неё переломной точкой? Тогда все пропало. Отбрасываю пессимистичные мысли подальше. Совсем скоро мы расставим все точки над “i” и все будет ясно, а пока загадывать глупо.
В покоях скидываю с себя кроссовки и ухожу в душ. Надо освежиться после сегодняшних забегов, да и завтра я должен быть в наиболее товарном виде, так сказать. Струи тёплой воды согревают кожу. Мысленно я уже совсем не здесь. Вновь репетирую речь, которую завтра предстоит произнести перед рыженькой. Вся мерзость кроется в том, что каждый раз она звучит по разному и даже сейчас у меня путаются мысли. Успокойся, Наследник, второго шанса не будет. Дверь в ванную тихонько приоткрывается, и до ушей доносятся босоногие шаги по кафелю. Как жаль, что в этот момент нас разделяют матированные двери душевой кабины. Было бы мило, если бы я по какой-либо причине принимал бы не душ, а ванную.