Очень захотелось рисовать – просто до ломоты в руках.
– Знаешь, – как–то очень буднично перебил он Брайана, – наверное, давай сделаем перерыв. Ты мне столько всего рассказал, что надо сначала это разложить по полочкам, а потом переходить к следующему вопросу. Идет?
***
– Хорошо, давай прервемся, – ответил Брайан.
Ему тоже хотелось передохнуть и побыть в одиночестве. А еще больше хотелось совсем уехать с работы. Становилось совершенно невыносимо находиться рядом с Джастином.
Брайан собрал все разбросанные листы и подтолкнул их Тейлору.
***
Джастин, почти не глядя, собрал бумаги, не удержавшись, накрыл ладонью пальцы Брайана.
– Спасибо! – не дожидаясь, пока тот сбросит его руку, убрал ее сам. – До завтра. Я все посмотрю еще раз и домучаем остальное.
Захлопнув папку, вышел из кабинета, плотно прикрыв дверь.
Вернувшись к себе, бросил папку на стол и достал из нижнего ящика альбом. Руки просто сами накинулись на лист, рисуя не желающий покидать мысли Джастина образ Кинни.
Он рисовал исступленно, нанося штрих за штрихом, вырисовывая детали, стараясь передать самые мелкие оттенки эмоций...
Да что с ним? Еще ни разу в жизни из–за постороннего, в общем–то, человека у Джастина так не мутился рассудок, не сдавливало грудь в предчувствии... Чего?
Пока они никак не могли найти даже общий язык. Найдут ли его, когда–нибудь? Джастину бы хотелось в это верить.
Карандаш уверенно летал по листу, проявляя все, о чем думал Джастин с той последней ночи в Лондоне...
***
Когда дверь за Джастином закрылась, Брайан устало опустил голову на стол. Он все еще чувствовал тепло от прикосновения руки. Посидев так несколько минут, он постарался выкинуть все из головы. Надо было сосредоточиться на работе. Но как бы он не старался, ничего не получалось. Джастин не выходил у него из головы. А это прикосновение...
Его, можно сказать, спас звонок от Стоквелла. Он попросил Кинни зайти в кабинет, чтобы уточнить кое какие моменты с этими чипами для мейнфреймов.
Брайан подхватил папку с бумагами по этому контракту и вышел.
Глава 7
***Джастин
Джастин не мог расстаться с альбомом и, уходя из офиса, забрал его с собой.
Дома он достал из ящика стола еще несколько листов с набросками Брайана. Разложив их по кровати, сел на нее по-турецки и начал рисовать еще.
Иногда замирал, покусывая кончик карандаша, откладывал альбом, брал то один рисунок, то другой... Вспоминал те моменты, когда Брайан выглядел именно так, что–то делал, сосредоточенно хмурясь, смотрел, выгнув бровь...
Казалось бы, не очень много времени прошло с тех пор, как они познакомились, но у Джастина сейчас было стойкое ощущение, что они знали друг друга целую вечность.
Джастин больше не представлял своей жизни без этого мужчины. Без его ироничных взглядов, без его язвительных замечаний. Без его горячих рук и губ... Без его...
Что–то надо делать с Дафной. Может быть стоит поговорить с ней начистоту? Сказать – все как есть? Что она, конечно, очень ему нравится, и он был бы счастлив быть с ней друзьями, но...
Да, вот как ей это все сказать?
И дед? Что ожидать от деда, если вдруг он объявит, что не будет жениться на Дафне? Джастин предполагал, нет – он был совершенно уверен, что ничего хорошего.
Карандаш дернулся и сломался. С листа на Джастина смотрел Кинни, одним своим взглядом требующий от него ответа, что он собирается делать дальше?
Джастин отбросил карандаш, рисовать больше не хотелось. Собрав все листы и сложив их в альбом, он сунул его под подушку, на которую тут же упал, с силой подбивая ее угол, вымещая на ней досаду за свою нерешительность.
Перевернулся на спину, раскинув в стороны руки и невидящими глазами уставился в потолок.
Брайан.
***
Когда Брайан зашел в кабинет, Стоквелл сидел за столом и просматривал какие–то бумаги. Он жестом пригласил Кинни в кресло. Брайан хоть и старался сосредоточиться на работе, но удавалось ему это с трудом. Из головы не выходил Джастин и его разговор с невестой. Брайан даже не сразу понял, что Стоквелл его о чем–то спрашивает.
– Брайан? С тобой все в порядке? – задал вопрос хозяин фирмы. – Ты как–то странно выглядишь.
– Да! Да, все хорошо, Джим. Просто задумался немного, – Кинни попытался улыбнуться и протянул папку. – Вот тут все по чипам. Отгрузка прошла успешно. Я буду лично отслеживать передвижение.
– Обязательно. Нам очень важны эти чипы. Когда примерно ожидать заказ? – Стоквелл просматривал документы.
– Недели через две. Можно позвонить заказчикам и обрадовать их.
– Да. Позвони. Это все.
Брайан поднялся и уже двинулся к выходу, как его нагнал вопрос Стоквелла:
– Брайан, я еще хотел кое–что спросить.
Кинни выгнул бровь в немом вопросе.
– Что ты можешь сказать о Джастине? Он справляется? Я очень надеюсь на тебя, – Стоквелл вышел из–за стола и подошел к Кинни. – Я возлагаю на него большие надежды. Он мой единственный наследник. После меня ему придется возглавлять фирму.
Внутри у Брайана все похолодело, а под пытливым взглядом Стоквелла стало неуютно. Кинни показалось, что тот что–то знает и прощупывает его. "Неужели, он и, правда, догадывается о наших отношениях?" – прокралась мысль. Но Брайан попытался ответить, как можно спокойнее:
– Конечно, Джим. Я понимаю. Но мальчишка очень способный и схватывает на лету. Думаю, у него все получится. Дай ему время.