- Император, восстания подавлены, еретики найдены и, согласно вашим указаниям, отправляются к месту отбывания наказания – в соляные шахты, - поклонился при входе воин.
- Да-да, Айсон, потом отчет - проходи, садись! Прости, что прямо с дороги, но это дело не требующее отлагательств. – Император указал ухоженной, нежной рукой, на каждом пальце которой было по массивному золотому перстню, стоимостью годового бюджета крупного города Империи, на стул прямо напротив Фарея.
Храмовник сел за стол и жестом подозвал слугу, стоявшего на почтительном расстоянии от совета:
- Принесите графин воды и распорядитесь на счет моих оставленных вещей в центральной зале.
Слуга в белоснежной ливрее степенно поклонился и ушел исполнять поручение.
- Итак, Фин, слушай внимательно, - сухо проговорил седовласый отец Юнус. Он выглядел совсем неподобающе для своего высокого сана, более того просил называть его не Магистр Ордена Стражей, коим являлся, а просто отцом Юнусом. Седой старик, возрастом подбирающийся к своему девятому юбилею, морщинистое лицо, серые водянистые глаза под отекающими веками, увенчанными крупными кустистыми бровями. Он имел привычку шмыгать своим большим мясистым носом со следами оспин, поджимая его на правую сторону. Его добродушный вид абсолютно не соответствовал действительности – храмовник редко встречал людей, обличенных властью, способных на радикальные меры «во благо Империи». К шестому десятку лет Настоятель монастыря Святых стражей стал неизменным членом малого совета Императора, куда допускались лишь лица, лично утвержденные Его Величием.
- Я вас слушаю, отец Юнус, - склонил голову воин. Формально он был в подчинении у настоятеля, но звание Магистра ставило их на одну ступеньку служебной иерархии. Реально же рыцарь подчинялся непосредственно Императору Кадию шестому, являясь его карающей дланью. Отец Годфрид был полезен по-своему: шпионаж, стратегия, теневые объединения, по слухам даже Гильдия Убийц с особым уважением относилась к словам старика, при необходимости предоставляя свои услуги на безвозмездной основе.
- Пока ты был в отъезде, произошел инцидент с участием Темных жрецов. Если быть точнее, то уже два. Первый случай их появления в Кадаре. Совершено нападение на некоего мага-техника Литана Нэро.
- Успешно? – Повел бровью Айсон.
- Вот в этом и суть инцидента. Он не просто выжил, но и отразил нападение. Пятеро темных жрецов находятся в клинике для душевно больных, рассказывая ужасы о случившемся.
- Любопытно, - нахмурился воин. – Вы же сказали, что он маг-техник? Как так вышло с его самообороной?
- Случившееся стало известно Управе Имперского сыска Кадара. Они на следующий день направили для выяснения обстоятельств дела старшего дознавателя, маркиза Фитцджеральда де Арно. Магограммой* отправили сообщение в Управу столицы, где новость сразу же дошла до меня. – Настоятель отпил из фарфоровой кружи ароматного травяного чая. – В Управу Кадара заходил сам Хранитель Истин Бальдер Локдор, который и сообщил о предстоящем нападении. Когда городская стража явилась на место происшествия, нашли только пострадавших Темных жрецов.
- Вы сказали – Хранитель Истин, отец Юнус? – Удивился, расширив глаза, вице губернатор.
Лорд Кента Фарей являлся вторым человеком в Управлении города и по сути третьим человеком Империи, после императора и формально - бургомистра. Сам глава города был отъявленным гулякой и пьяницей, но благородного происхождения, поэтому до сих пор и занимал столь высокий пост. Ходили слухи о его махинациях с казной города, но следствие ни к чему не привело, но, находился «на карандаше» у Имперского сыска, в виду чего и не был удостоен чести быть членом Совета Империи: ни большого, ни тем более малого. По-настоящему же городом управлял граф де Фарей, что ни для кого секретом не являлось. Сам лорд закрывал на все глаза и был не против своей должности.
Вице бургомистр был выдающейся личностью уже в юношестве. Сейчас же, в свои сорок семь лет, его пытливый ум прирожденного лидера достиг своего апогея, заставляя считаться с его мнением даже главу Империи, не говоря об остальных. Черноволосый мужчина, с короткой стрижкой, зачесанной на правую сторону, ухоженной черной бородой и лицом потомственного аристократа, для многих дам был завидным женихом, поскольку до сих пор являлся холостяком. Свои умные серые глаза с оттенком грозового неба, он прятал под круглыми очками, несмотря на свое идеальное зрение. Черные брови всегда нахмурены от постоянных тяжелых дум их обладателя. Одевался лорд Фарей всегда не по моде: в строгие приталенные костюмы, черные лакированные туфли с круглыми носами и белые накрахмаленные сорочки без воротника, с непременно повязанным поверх платком-галстуком.