Катиш Петкевич
Наследник. Тайна дворцовой книги
Иллюстрация на обложке Mileti
© Петкевич Катиш, текст, 2023
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025
Пролог
История тётушки Анны
Тётушка Анна была доброй и хитрой старушкой. Она любила посплетничать со всеми соседями, а затем передать всё сказанное тем, кого обсудили. Посмеяться она тоже была не прочь: все удивлялись, как такое большое количество анекдотов помещалось в её маленькой седой голове. Она всегда была в хорошем настроении, никогда не ругала мальчишек, повадившихся пинать мяч возле её забора, а иногда даже звала их в гости на чай с абрикосовым вареньем. Её причёска в виде гладкого пучка, которой она не изменяла уже не один десяток лет, всегда выглядела опрятно (настолько опрятно, что некоторые даже подозревали, что она носит парик), а белая блузка с рюшами и нежно-розовая юбка ниже колен были идеально выглажены и щедро сбрызнуты одеколоном. Словом, тётушка Анна была образцовой дамой преклонного возраста.
Отец тётушки Анны, насколько она его помнила, был чрезвычайно педантичен. Он умел упорядочивать абсолютно всё, за что бы ни брался. Поэтому никто не удивился, когда он устроился работать библиотекарем. Сначала он работал в школе, затем его перевели в научную библиотеку при институте, а когда его талант к упорядочиванию был обнаружен руководством библиотеки Королевского выставочного дворца, его тотчас устроили туда. После своей смерти он оставил большую коллекцию книг, причём некоторые экземпляры были позаимствованы из библиотеки дворца («списаны за ветхостью», как говорил отец) прямо перед её закрытием.
Одним утром тётушка Анна проснулась в необыкновенно приподнятом настроении. Ей приснилось, будто бы она прославилась, сама не зная почему, на всю округу, и соседи только о ней и говорили. Этот сон привёл тётушку Анну в неописуемый восторг, и она решила сделать в тот день что-нибудь особенное. Она сварила сливовое (а не абрикосовое, заметьте) варенье и, захватив с собой баночку, навестила старую приятельницу, которую не видела уже очень давно. В конце дня, протерев пыль на всех фарфоровых статуэтках ангелочков, собачек и кошечек, еле умещавшихся на полке камина, она обратила внимание на книжные стеллажи в кабинете отца.
Брать оттуда книги для чтения она не очень любила, предпочитая листать журналы, которые каждую неделю приносил почтальон. В одном из этих журналов, к слову, она недавно прочла о том, что спустя тридцать с лишним лет после закрытия библиотеки Королевского выставочного дворца её решили восстановить, впрочем, как и часть самого дворца, который за последние годы пришёл в абсолютное запустение. Разумеется, тётушка Анна, увидев эту статью, вспомнила про своего отца и библиотечные книги, которые так и стояли никому не нужные, и решила, что следовало бы их перебрать и вернуть в дворцовую библиотеку – вдруг они кому-нибудь пригодятся. К сожалению, обычно у неё всегда находилось большое количество дел, которые ни в коем случае нельзя было откладывать, и книги продолжали смиренно пылиться на длинных полках в кабинете, дожидаясь своего часа.
Однако в тот особенный день тётушка Анна, удивляясь своей собственной решимости, подошла к тяжёлым деревянным стеллажам и стала доставать книгу за книгой, аккуратно протирая пыльные обложки и с любопытством заглядывая внутрь. Большинство экземпляров были посвящены мореплаванию и кораблестроению (отец, очевидно, когда-то мечтал стать матросом), историческим и политическим вопросам и прочей ерунде, которая была совершенно не интересна тётушке Анне. Иногда попадались сочинения на довольно животрепещущие темы: «Искусство одеваться. Как стать джентльменом» или «Психология мужская и женская: неужели между ними пропасть?» Второе, про психологию, тётушка Анна протёрла с особой тщательностью и отложила в сторону, намереваясь прочесть на досуге.
Сдувая пыль с очередной книги, тётушка Анна радостно охнула, заглянув в неё: уголок первой страницы был срезан (при списании место, где стояла библиотечная печать с номером, удаляли), а на противоположной пожелтевшей странице виднелись расплывчатые очертания льва, стоящего на задних лапах, очевидно некогда отпечатавшегося от соприкосновения с библиотечной печатью на первой странице. Она знала, что это печать дворцовой библиотеки, так как на форменном пиджаке отца была вышита точно такая же эмблема. К тому же на страницу был грубо наклеен карман для вкладышей, на которые обычно записывали имена тех, кто брал книгу на дом. Тётушка Анна поправила очки и сморщила нос, стараясь найти в кармашке хоть что-нибудь, однако он оказался пустым. Что ж, сомнений не было: книга когда-то принадлежала библиотеке.