Обстановка и так была не очень радостная, а после таких перспектив стала ещё мрачней, вот только от них ничего не зависело, Олег снова пропал. Девушки его не чувствовали и власти, обычными методами, тоже найти не могли. За столом наступила тишина, каждая из присутствующих думала о своём.
— Прости, Госпожа — молоденькая служанка вошла в столовую и поклонилась — но целительница Марья велела передать, что пациентки очнулись…
Договорить она не успела, потому как Тамара резко встала и быстро направилась к очнувшейся дочери, Наталья и Анастасия отстали от неё не намного и только старя ведьма осталась сидеть и продолжила завтракать совершенно спокойно, ей торопиться явно никуда не надо было.
Перед глазами принцессы и Натальи, в комнате больных, предстала трогательная сцена. Пусть Тариани и выглядела обычно женщиной строгой, способной хорошо себя контролировать, но сейчас она плакала не стесняясь никого держа руки дочери в своих.
— Мама, всё хорошо, не плач — тихо шептала девушка. За время нахождения здесь у девушек уже успели зажить основные раны и пусть ещё остались шрамы, их было много, но целители в один голос утверждали, что скоро и от них не останется никаких следов — Не плачь…
— Дочка, ты просто не представляешь, что я пережила, пока ты была без сознания — ответила всхлипывая Тамара — Мои слёзы от радости…
Марья была рядом с Анной и что-то ей тихонько говорила, низко наклонившись, а молодая ведьма слегка заторможено кивала.
— Как они? — принцесса привлекла внимание целительницы.
— Очнулись, а значит опасность миновала — лекарка ответила не отрывая глаз от своей пациентки — пара недель и будут как новые.
Романова подошла ближе к Анне, а Наталья к Айле и Тамаре.
— Не надо — попросила Анна — я знаю всё, что ты хочешь мне сказать, но я прошу, не надо. Всё знаю и так.
— Дура ты — качнула головой принцесса и села на край кровати — я и не собиралась ничего такого говорить, а просто хотела сказать, как рада, что вы очнулись, что основная опасность миновала — она погладила по руке подругу и улыбнулась.
— Спасибо, Настя — уголки губ Анны дрогнули обозначая тень улыбки — тогда ты не против ответить на маленький вопрос?
— Конечно — принцесса с готовностью кивнула.
— Он отомстил? Он убил этих ублюдков, которые сделали с нами это? — она указала на свои ожоги шрамы.
— Отомстил — ответила Анастасия — того места больше не существует, от него осталась только оплавленная воронка в земле и больше ничего.
— Хорошо — Анна зло улыбнулась, а потом перевела взгляд на Марью — как долго я буду лежать здесь? Когда я смогу нормально ходить, как здоровый человек?
— Ты торопишься? — целительница улыбнулась — Поставить на ноги можно достаточно быстро, но на удаление всех последствий понадобиться чуть больше времени.
— Плевать на шрамы, они подождут, просто поставь меня на ноги и всё?
— Может объяснишь? К чему такая срочность?
— Я должна быть с Олегом, когда он будет активировать последнюю печать — ответила Анна убеждённо — ты понимаешь? Должна!
— Да с чего вдруг⁈ Да и далеко до этого ему ещё! — Марья возмутилась ничего не понимая и в растерянности посмотрела на принцессу, но та тоже была в недоумении.
— Она права. Мы должны! — неожиданно донеслось со стороны Айлы — И ты не знаешь, но осталось совсем не долго, потому надо поторопиться!
Тамара нахмурилась и не знала, что сказать. Она ещё никогда не видела такой уверенности в глазах дочери, ни разу за всю её жизнь. Наталья тоже ничего не понимала, но обе девушки упрямо сжали губы, у них даже выражение лица было почти одинаковое, нахмурено решительное.
— Это наш долг — почти одновременно снова произнесли девушки…
Это было кафе почти в центре города, середина дня и вроде бы в нём должно быть в это время много народу, но почему-то было совсем наоборот, заведение оставалось почти пустым. Почему почти? Потому что в самом центре зала, за одним из столиков сидел молодой мужчина и спокойно пил кофе. Он не был пьян или груб с официанткой, или например как-то плохо одет. Совсем нет. Одежда пусть не дорогая, но чистая и опрятная, сам посетитель был очень вежлив, когда делал заказ, с короткой аккуратной причёской, вёл себя тихо и просто пил кофе, но почему-то персонал испытывал страх, даже просто находясь с ним в одном помещение. Официантка же, пока принимала от него заказ, а потом приносила его, с трудом смогла пересилить себя и свой страх, она была, в этот момент, на грани обморока. Люди, что заходили в кафе, почти сразу разворачивались и уходили, потому как им становилось крайне неуютно, но сказать почему они бы не смогли.