Наталья спала беспокойным сном, глаза под закрытыми веками постоянно шевелились, она вздрагивала и даже что-то шептала чуть слышно. Волосы растрепались по подушке, одеяло сползло и свет от луны, проникающий через огромное окно, подсвечивал контуры соблазнительного тела.
Я осторожно присел на край кровати и не решался её разбудить, пусть и снился ей кошмар, но мне не хотелось нарушать красоту, что предстала сейчас передо мной.
Когда от девушки послышался тревожный стон, мне всё же пришлось слегка провести по её щеке подушечками пальцев, выпуская немного энергии из них, которая мгновенно впиталась в кожу Натальи, от чего она сразу успокоилась, но ресницы затрепетали и веки поползли вверх.
— Олег? — неуверенно прошептала она, пристально вглядываясь в мой силуэт — Это правда ты? Не сон?
Я не удержался и быстро наклонился, а потом слегка коснулся её губ своими. От девушки вкусно пахло, лёгкий цветочный аромат, исходящий от девушки, был очень приятен и притягателен, сама же она была очень милой с растрёпанными волосами.
— Правда, я — с неохотой распрямился и ответил ей — тебе снился кошмар?
— Уже несколько ночей подряд мне сниться одно и тоже, правда я не знаю что это, не могу вспомнить, но почему-то уверенна, сон повторяется снова и снова — ведьма села и закуталась в одеяло — когда просыпаюсь, то стараюсь вспомнить и каждый раз кажется, что ещё немного, совсем чуть-чуть, но не получается.
— Что на это говорит Марья? Или дай угадаю, ты ей не говорила — усмехнулся — Я прав?
— Мои сны, только мои — девушка упрямо поджала губы — лучше скажи. Зачем ты пришёл?
— Может просто хотел тебя увидеть? Разве не может такого быть?
— С трудом вериться — Наталья грустно улыбнулась — передо мной не надо разыгрывать пылкого юношу, я уже достаточно пожила, чтобы не вестись на такое.
Да, её таким не проймёшь. Не знаю сколько ведьме точно лет, но не двадцать и даже не сорок, это точно. Маги живут долго и ведьмы, в том числе. Только вот в чём странность, с ней я чувствовал себя сильнее всего на своём месте, не стремясь произвести впечатление или казаться лучше, чем был на самом деле.
— И я надеюсь, что проживёшь ещё очень долго, тем более тебе теперь есть ради кого жить. Как кстати протекает беременность у тебя и принцессы?
— У меня всё хорошо — она улыбнулась и неосознанно погладила себя по животу, хотя он был ещё пока плоским — спасибо тебе за это.
— Перестань, ты так говоришь, словно я сделал что-то особенное. Ты очень красивая женщина и я бы даже за минуту до смерти не отказался оказаться с тобой в постели — она улыбнулась довольно на мои слова — ты, кстати, не ответила по поводу Анастасии.
— Сам у неё спроси — в этот момент дверь комнаты приоткрылась, внутрь скользнула девичья фигурка, которая стремительно пересекла спальню и оказалась рядом со мной, секунду всматривалась в лицо и в следующий миг влепила звонкую пощёчину, а потом как ни в чём не бывало забралась на кровать к Наталье и они укрылись одним одеялом.
— И я тебя рад видеть — потёр пострадавшую часть лица — а как ты узнала…? Ах, ну да, совсем забыл про вашу связь. Научились передавать не только эмоции?
— Получается пока только образы и только между нами двумя, с другими не выходит — принцесса была хмурой и явно не выспавшейся — зачем пришёл? Опять пугать будешь или ещё что-то?
Они стали чем то похожи между собой, даже общие черты проглядывали, хотя характеры были полной противоположностью, но вот сейчас, во мраке комнаты они мне казались сёстрами, а ещё когда смотрел на них, то внутри разливалось приятное тепло, тугая пружина, что была словно скручена внутри меня, слегка расслаблялась. Может обычно это и испытывают те, кто возвращается домой после долгой разлуки? Не знаю, мне раньше некуда и не к кому было возвращаться.
— Нет, были дела в столице, а ещё почувствовал, что Айла и Анна пришли в себя, пошли на поправку, но мне не нравиться их настрой. Сейчас очень неспокойное время, а будет ещё тревожней, я не хочу, чтобы вы подвергали себя напрасной опасности.
— Они собрались составить тебе компанию — спокойно прокомментировала Наталья, а Настя только фыркнула — вбили себе в голову, что это их долг, при том упёрлись обе. Айлу и мать убедить не может, только грозит, что привяжет её к кровати или на цепь посадит.
Меня это удивило, а ещё в голове мелькнула мысль, которая навела меня на возможную причину такого их упрямства.
— Надо бы поговорить с ними — почесал затылок.