Они стали почти одним целым, потому для Марьи не было тайной, что парень умирает. Она буквально видела, как Тьма пожирает его изнутри и потому старалась отдать больше чем нужно, больше чем могла, тем самым подвергая уже свою жизнь опасности. Она могла умереть раньше его, и под конец была не против такого исхода, зная, что всё не зря и крох сил, переданных ему под конец, хватит, чтобы завершить начатое дело, которое изменит всё. Больше не будет костров, не будет загубленных жизней молоденьких девчонок по ложным доносам. Станет лучше. Марья верила в это и была готова отдать всё, в том числе свою жизнь.
Когда же связь разорвали, у целительницы словно вырвали часть её души, сделали калекой и кроме того, её обожгло в тот момент знание, что всё зря. Олегу не хватит сил, не хватит в самый решающий момент, а она помочь не сможет, потому как связи нет. Вот и рвалась девушка изо всех сил к нему и успела в самый последний момент.
Машина с Марьей за рулём вылетела на площадь как раз в тот момент, когда небо уже вовсю светлело, а Жнец зашатался и упал на колени. Он пытался подняться, но закашлялся, и из его рта вылетели тёмные сгустки.
Визг тормозов, хлопок дверью и быстрые приближающиеся шаги, а сил нет даже голову поднять и хочется спать. Как же хочется закрыть глаза, плевать на боль, что раздирает внутри, плевать на цель, про которую я уже не помню и не знаю, зачем здесь. Спать, закрыть глаза, чтобы наступил долгожданный покой.
Покачнулся, но упасть не дали. Тонкие, нежные руки обняли сзади и от них начала расходиться освежающая прохлада, которая смывала усталость и апатию. Только вместе с бодростью пришла боль, от которой зубы заскрипели в попытке удержать стон внутри.
— Не стоило тебе приходить.
— Кто ты такой, чтобы решать за меня? Кто тебе дал право на это? — возмущённый и злой шёпот раздался за спиной, а руки сжали крепче — Тупой чурбан! Я же говорила тебе, что не хочу этого! Я говорила!
— Молчи женщина, я за тебя решил и точка! Не должны молодые девчонки умирать — сил всё равно почти не было, но решение своего я менять не собирался, а потому попытался расцепить её руки.
— Как мило — раздался холодный голос немного в стороне от нас — два голубка присели отдохнуть. Хотя нет, это же Жнец, который, по всей видимости, не сможет выполнить свою часть сделки.
Мара сидела в кресле прямо на площади и с интересом наблюдала за нами, словно на представлении. Она даже кулачком подпёрла голову для удобства.
— Пошла ты, ещё ничего не окончено — ответил ей и попытался встать, но Марья не дала и удержала на месте, продолжая вливать в меня остатки своих сил.
— Окончено, мой милый, окончено — почти пропела она — она не сможет тебе отдать больше, чем у неё есть, а этого мало. Ты почти труп.
— Верни всё назад — неожиданно сказала Марья, притом крепче сжимая руки — я не давала своего согласия на разрыв, потому верни.
— Не смей! Мне не нужна твоя жизнь, дура! — снова попытался освободиться — Мара, не смей!
— Ты больше ничего не решаешь, перед тобой я договор выполнила, и она свободна — Тьма поднялась и подошла ближе — Ты знаешь, что тебя ждёт? — прищурилась она, смотря мне за спину — Хорошо, а так как я сегодня в хорошем настроении, то ничего взамен не попрошу, наверное.
В следующую секунду нас с Марьей окутала тьма, а ещё через миг я снова ощутил девушку, словно связь не пропадала, но всё это длилось недолго, потому как в меня быстро побежал поток жизненных сил, но быстро закончился. Руки, держащие меня, ослабли, а потом соскользнули. Я еле успел повернуться и подхватить безжизненное тело девушки, которая не должна была умирать.
— Зачем? Ну зачем? — прошептал, укладывая её на землю и осторожно убирая с лица пряди волос — Так не должно быть, не должно. Нельзя, чтобы такие, как ты, умирали! Слышишь? Это моя обязанность! МОЯ!
— Закончи дело, Жнец! У тебя не так много времени! — раздался голос Мары.
— МРАЗЬ! — лезвия закружились вокруг меня, а сам я уже стоял на ногах.
— Ты хочешь потратить силы, что тебе пожертвовала эта девушка, на драку со мной? Серьёзно? — она приподняла бровь — напомню, что у тебя ещё остались те, кто может пострадать из-за твоего малодушия.
Скрипнув зубами и отвернувшись, чтобы не сорваться, я начал быстро плести кружево и наполнять его энергией. Старался не думать, не смотреть назад, а быстрее закончить, потому как чувствовал, что бодрости хватит ненадолго.
Никогда у меня не получалось активировать печать так быстро.
— Молодец, договор закрыт — прошелестел голос, когда печать на небе начала затухать, а ноги стали снова подгибаться, но я не упал. Медленно присел рядом с телом Марьи, поправил её волосы, одежду и стал ждать.