Я практически ощущал горячее дыхание мага на своей шее: так близко ко мне он шел. Каждый новый шаг давался с трудом, страх парализовал все тело, мозг отказывался работать. Мое собственное дыхание участилось. Я все думал: когда же мужчина схватит меня, когда применит свое колдовство. Но этого так и не происходило. Чернокнижник чего-то ждал. Но до поры до времени. Как только улица с маслеными фонарями на столбах закончились, как только я свернул в темный проулок, меня тут же прижали к стене, закрыв рот сильной рукой. Шляпа слетела с головы. Я дернулся вперед, желая вонзить в тело мага нож, но тот будто бы встретился с невидимой стеной, что выросла в нескольких сантиметрах от живота мужчины.
– Хорошая попытка, – раздался насмешливый голос чернокнижника. – Но провальная. Я наблюдал за тобой пять дней, мне хватило этого, чтобы узнать все твои трюки. Не пытайся, Бастиан. На мне один из артефактов защиты. Я пришел не убивать тебя. А предложить выгодную сделку.
Я взглянул в карие глаза мага. Он стоял так близко ко мне, но из-за темноты вокруг я не мог разглядеть его лицо. Я чувствовал сладковатый запах его парфюма, который уже начал раздражать мои дыхательные пути. Замычал, завертел головой, пытаясь освободиться. Руку, в которой я держал нож, пекло, видимо, благодаря какому-то артефакту, что таскал с собой этот проклятый маг. Не выдержав больше этой пытки, расслабил руку и мое «оружие» упало на землю. Холодная и неприятная капля пота побежала вниз по позвоночнику.
– Славненько, – жестко усмехнулся мужчина, отступая на шаг назад, но, все еще не давая мне сказать ни слова. Ногой отодвинул нож в свою сторону. – Повторю: я хочу предложить тебе выгодную сделку. Поэтому нам действительно стоит поговорить. Но предупреждаю, если ты еще не заметил, я темный маг. И стоит тебе выкинуть хоть один из своих воровских-анархических фокусов, как я тут же разорву тебе все внутренности. Надеюсь, – он медленно, словно не решаясь, опустил руку, разрешая мне говорить, – ты услышал меня?
– Кто ты такой? – резко спросил я, щуря глаза, желая рассмотреть собеседника получше. – Зачем следил за мной все эти дни? И что за предложение у тебя ко мне?
Люди никогда не сотрудничают с магами. Как и маги с нами. Ну, если не считать тех жутких и кровавых обрядов, которые чернокнижники проводят с людьми, чтобы чего-то там добиться. Я наклонился, поднимая с земли шляпу. У людей есть одно правило: не иметь ничего общего с магами. И пусть его придумали такие же воры, как и я, и за его нарушение мне ничего не будет, я все равно не собирался связываться с этим странным типом.
– На какой из этих вопросов мне ответить в начале?
Голос незнакомца был грубым и бесцветным. Как по мне, так разговаривают какие-нибудь генералы, отдающие приказы своим солдатам.
– Отвечай на все. По порядку.
– Что ж, тогда начнем со знакомства, – проговорил тот, кажется, пожав плечами.
Затем послышался щелчок пальцев, и в проулке откуда-то возник тусклый желто-белый свет. Благодаря ему, я мог разглядеть стоящего передо мной мага. Теперь я мог оценить его немалый рост, чего не мог сделать в трактире или на главной площади города, где уже видел этого мужчину, но лишь вдалеке. Черный пиджак на трех пуговицах, достающий до колена, был расшит множественными серебряными узорами. Под ним, на груди, виднелась белоснежная и накрахмаленная рубаха с высоким воротом. Обтягивающие темные брюки были заправлены в высокие сапоги, начищенные до блеска, на пятках которых тихо звенели шпоры. Маг одет был как с иголочки. Черный цвет стройнил его не столь стройное, но мощное тело. Единственный изъяном в его виде был носовой платок: его краешек вылезал из-под длинного рукава пиджака. На указательном пальце правой руки мага переливался огромный перстень. Дорогой камень, возможно, бриллиант, в оправе отражал тусклые желто-белые лучи неизвестного источника света. Карие жестокие глаза с презрением глядели на меня. Густые брови сошлись на переносице. Морщин на его аристократическом лице было мало, но я не отважился даже предположить возраст мага. Насколько мне известно, такие типы живут в два раза дольше обычных людей. Значит, ему может быть как лет сорок (примерно настолько он выглядит), так и девяносто.