— С чего ты взяла?
— Всюду суёшься с советами.
— Ну, повидал на своём веку, — Миклош горделиво выпятил грудь, словно петух на ярмарке.
— Знаешь, каковы обязанности хозяйки замка?
— А что, владыка про то ничего не говорил?
— Стала бы я спрашивать? — вздохнула девушка, — тут всё налажено. Осталось ничего не испортить.
— Да, какие могут быть обязанности? Раздвигай ноги да радуй хозяина!
Ярушка ахнула, заливаясь краской. Схватив со стола пустой кубок, она запустила им в Миклоша, однако коротышка увернулся, так что кубок пролетел мимо, ударился о спинку стула и с шумом покатился по полу.
— А что я такого сказал? — удивился понурыш, пожимая тощими плечами, — будто у людей не так!
— У нас не принято говорить такое вслух!
— Вот уж не поверю!
— Так поверь! Я ж не девка какая-нибудь. Мой брат бы уже всыпал тебе кнутом, если б такое услышал.
— Понятно, — ухмыльнулся Миклош, — сдаётся мне…
— И слышать не хочу, — Ярушка замотала головой, прикрыв руками уши. Уж больно щекотливую тему поднял коротышка. Лучше было говорить про что-то другое. Но, как назло, в мыслях вертелось лишь одно — Ирвальд не пришёл в её постель после свадьбы, а сейчас и вовсе услал прочь. И если то, о чём говорил ей Миклош, было её единственной обязанностью, тогда зачем же она владыке? Неужто он просто пожалел её, как когда-то понурыша? Как и раньше жалел, когда выручал из всех передряг, что свалились на голову. Однако женитьба — как-то уж слишком для жалости.
— Расскажи-ка лучше, как у вас здесь заведено? — встрепенулась она, отгоняя прочь накатившую вдруг тоску, — я видела много теней, несколько зверолюдов, вроде Себрио. Они принадлежат хозяину? Или работают за плату?
— Хозяин ничего нам не платит.
— Стало быть, вы ему принадлежите?
— Да нет, — Миклош озадаченно хмурил брови, — мы вольны уйти, куда хотим.
— Тогда зачем же вы служите владыке? Без денег?
— А зачем? Если мне что-то надо, я беру у торговца, а хозяин платит.
— Но так ведь можно набрать чего угодно!
— Можно, коли с головой не дружишь, но то быстро лечится. Хозяин щедр, но не любит, когда на плечах дурная башка. А так… Нам здесь неплохо живётся. Куда лучше, чем где-либо в Межгорье.
— Хорошо кормят? — подмигнула Ярушка.
— Здесь мы под защитой. А там — сами по себе. Что поймал — то сожрал. Или тебя сожрали. Как повезёт.
— Забавно. Только вот здесь так мало девушек, — осторожно заметила Ярушка, — и словом перекинуться не с кем. Тени только слушают, а что шумят в ответ — не понять.
— Только помни — хозяин их хорошо слышит, — предупредил коротышка.
— Да мне и нечего скрывать.
— Это только так кажется.
— По-моему, тебе только гадость всякая мерещится, — отмахнулась от него Ярушка, — а скажи мне, в Межгорье есть девушки, такие, как владыка?
— Это какие? — не понял Миклош.
— Быстрые, синеглазые, с острыми зубами?
— Как двоюродные сёстры хозяина?
— Примерно, — по-правде говоря, Ярушка их совсем не помнила — гости на свадебном торжестве были такие необычные и разные, а она — до смерти напугана, и единственное, что всплывало в памяти — это их пронзительные взгляды да жуткие клыки.
— Они живут в своём замке и здесь не появляются. На вашей свадьбе я впервые их видел.
— А другие такие же?
— Я никак не пойму, что ты хочешь узнать? — Миклош сердито насупился и сжал кулачки, — таскал ли хозяин сюда своих баб? Так и скажи!
— Я ничего такого не спрашивала! — вскрикнула Ярушка, чувствуя, как огонь стыда охватывает её всю, с головы до ног, покрывая краской до самых корней волос.
— Не таскал, — буркнул Миклош.
— Мне о том не надобно знать, — она сердито стукнула ладонью по столу, однако от сердца заметно отлегло. Коротышка заметил, как посветлело её лицо, и подмигнул, нагло скалясь, — и не вздумай сказать хозяину, что был такой разговор!
— Я дурак что ли? Да и вообще, — не унимался Миклош, — чего тебе переживать-то?
— Я не переживаю. Просто… я здесь совсем другая, нежели остальные.
— Это уж точно.
— Мне просто любопытно, как выглядят красавицы Гор.
— Какие красавицы? Есть парочка ведьм, на которых можно взглянуть, не вылакав с ведро пойла.
— О ведьмах ты уже говорил. Я о тех, что из рода хозяина.
— Красавицах? — прищурив глаз, уточнил коротышка.
— Ну да, — Ярушка замерла, приоткрыв рот, ожидая, что ей скажет Миклош, но паскудник медлил с ответом, и она сникла, чувствуя, как волною накатывает грусть, — я знаю, что многим невдомёк, почему владыка взял в жёны меня, а не девушку себе под стать.