Шарлотта нервничала — ей отводилась одна из главных ролей в ритуале. Стать проводником между миром богини и Альвхеймом. А Батисто и Мирелия отправятся за артефактом. Раньше, до того как не появились первые жертвы, такой способ поиска был невозможен, потому что артефакт не был активен, но и сейчас он был рисковый. И не факт что богиня ответит и откроет астральную тропу
Она надела жреческую накидку и золотой венец, села перед статуей и затянула хвалебную песнь. Остальные присоединились к зову.
Шарлотта представляла переход на план богини по-другому и не сразу поняла, что все удалось. Просто перестала слышать собственный голос и наставников и мир вокруг изменился. Она сидела у порога исполинского храма, невиданной красоты и величия. Сила, исходящая из перламутровых стен, заставила сердце биться чаще. Разглядывала полупрозрачные узоры на стенах — и не верила.
Неужели это храм Ямени?!
Она видела его лишь на картинках в книге, но теперь могла прикоснуться к теплому камню, потрогать его гладкую поверхность и вдохнуть какофонию ароматов, от которых закружилась голова.
— Шарлотта!
Пьянящая нега не хотела отпускать, и она отмахнулась от голоса наставницы и продолжила исследовать границы храма.
Где же, где же этот сад? Откуда запах?
— Шарлотта — на этот раз звала не жрица. Певучий, мягкий, как творожный сыр, голос заставил обернуться.
Стройная дева с длинными, заплетенными в косу волосами цвета полуденного солнца стояла в арочном проеме. Ее окружал яркий свет, что не позволял разглядеть лицо и одежду.
— Ямени!
— Иди ко мне, дитя.
Золотая дева протянула руку, и Шарлотта пошла. Богиня взяла ее за руку. Такое родное прикосновение, словно перед ней — не всемогущая богиня, а мама. Слезы сами собой полились из глаз.
Ямени повела ее в храм. Только они переступили порог — слепящий свет исчез. Волосы богини поменяли цвет и стали русыми, лучезарное платье оказалось обычным, голубым. Она улыбалась и выглядела, как совершенно обычная девушка. Храм, изнутри походил на парк. Тонкие колонны удерживали полукруглый свод. Повсюду росли ветвистые деревья с маленькими желтыми цветами — источником дивного запаха. А по краям расположились три полукруглых купальни.
— Что привело тебя ко мне? — богиня не отпускала руку Шарлоты, и это очень смущало.
Как я, такая невезучая, неловкая и некрасивая — как я могу касаться богини? И что мне сказать. Вот так прямо попросить? Ужас как неловко!
— Успокойся дитя. Говори свою просьбу и если я смогу, исполню твое желание.
— Вы мои мысли читаете?
Ямени кивнула. И Шарлотта на выдохе выпалила:
— Мы ищем Лунную Камелию. Вы можете провести моих наставников к ней?
Богиня задумалась, ее изящный брови нахмурились, а взгляд застыл.
— Теперь, когда кровь окропила ожерелье и то сияет зловещим светом, я могу его найти. И провести. Мне не нравится, что они творят с моей сестрой! — ее голос стал холодным и чужим. — Но! Выбранный вами путь короче, но и опасней. Филин редко закрывает глаза. В любой момент тропа может оборваться и моя защита не сможет закрыть от темного глаза идущих. Подумай и реши, идти ли этой дорогой — или найти другую.
— А что будет, если я откажусь? Не будет ли новых жертв?
— Будут. Каждый день, пока не закончится Фомарун, будут умирать женщины. Решай сейчас каким путем пойдешь: путем ожидания — или решимости.
И что выбрать? Как бы я сейчас я хотела посоветоваться с наставниками. Ну почему я одна решать должна?
— Если я сейчас уйду, обсудить ваши слова с наставниками, смогу попасть к вам снова?
— Не знаю…
А что я хотела? Обитель богини это не какая-то там чужая страна: захотел — приехал, захотел — уехал. Сомневаюсь, что с моим везением я попаду сюда снова. Меня просто загрызут, если я такой шанс упущу. Что бы выбрала Мирелия? Вряд ли бы она отступила.
— Проложите быстрый путь к Лунной Камелии. Пожалуйста…
Богиня перевела на нее взгляд и печально кивнула. Подвела Шарлотту к купели.
— Коснись воды и смотри вглубь. И думай о своих наставниках, ни на что не отвлекайся.
Дальше все шло по плану: Мирелия и Батисто ушли, и Шарлотта, боясь потревожить тонкую связь с храмом, выбросила все сомнения из головы и следила за наставниками. Неожиданно астральная тропа, похожая на туманную дорогу оборвалась, выбросив Мирелию и Батисто с конем в ночном лесу. Вдали проступили руины старого замка. А Батисто нервно оглянувшись, начал привязывать коня. По воде пошла рябь. И картинка полностью исчезла.