— Все просто, — пожала плечами, — такое место полностью от астрала закрыто. Обычно так поступают с сокровищницами или замками важных лиц, когда не хотят, чтобы на них воздействовали извне — те же поисковые заклятия. Или в каких-нибудь лаборатории, где не нужно чтобы внешняя магия просачивалась или схроны. Вот как усыпальница Нерулла — там на тысячи километров такие вот «мертвые земли» — во избежание внезапного пробуждения. Ведь без притока энергии, он просто не сможет восстановиться и проснуться. Единый перестраховался.
— А откуда ты так много знаешь? Особенно о Нерулле, — неприятные мурашки пробежались по спине. Что там видела Лин? Может не зря беспокоится.
Вэй свела брови, словно почувствовала его настороженность.
— Хороший вопрос… может, мне учитель по магии рассказывал или читала где? Я ведь точно должна была где-то всему обучаться, не сама же. А может, спросим у этого мастера — не знает ли он меня?
Она так на него посмотрела — чистым искренним взглядом, что вся настороженность улетучились, — даже если в прошлом она и имела дело с темными сектами, то сейчас точно нет. Да и каждый имеет право на второй шанс, пока не сделал ничего плохого.
— Лучше я у своего друга спрошу, — он только вернулся с Магестора, учился там, диплом Магистра недавно получил, ему я больше доверяю, — не стал говорить, что уже спросил, причем не он, а Лин. А теория, что любовница графа недаром спрятала реликвию лиринов в замке Дюклисов, обросла еще большими фактами. И тем важнее было разобраться, как можно скорее, зачем похитили реликвию и зачем все эти жертвы — пока не случилось поистине нечто ужасное и масштабное.
Прошел час. Яхо отложил последнюю книгу в своей стопке, и устало откинулся на диван. Белый огонек, висящий в воздухе за плечом девушки, стал размером с горошину, и из последних сил дарил холодные лучики света. Его создательница замерла над страницами третьей книги. Между бровей пролегли глубокие складки сосредоточения, а взгляд сощурился, словно неясыть увидел в траве мышь.
Яхо невольно улыбнулся, — он дал ей почитать о Семилетней войне, только в этой книге нашлась мало-мальски правдивая информация о йосейку. Словно почувствовав его внимание, она отвлеклась:
— Что-нибудь нашел?
— Про Легион и Кьярха нет, видимо, это не такая распространенная информация. Да и не слышал я никогда о таком культе.
— Могу рассказать, — оживилась она, — И не беспокойся, сейчас это не вызывает головную боль!
— Я тоже кое-что знаю. Давай расскажу, не рискуй ее здоровьем, а то мало ли что она говорит.
— Ты? А сразу нельзя было сказать?!
— Ты не спрашивал.
Яхо раздраженно стиснул зубы: вот же поганец!
— Лучше не надо, пойду еще книги возьму, может, там что-нибудь найду, — с этими словами он встал и направился вглубь библиотеки, стараясь не замечать возмущенного взгляда.
— Валяй, я само внимание.
Культ Кьярха оставил двойственное впечатление: с одной стороны все те же стремления к господству и власти, только не над одним конкретным миром, а над всем сущим. Но роль властелина отдавались вовсе не Кьярху, а его пяти генералам, он был лишь их инструментом, — могучим демиургом, которого нужно еще и сотворить и воспитать, и в качестве благодарности за жизнь, тот должен испортить любое их желание. Но путь воплощения великого и могучего долог и тернист, в подробности дух не стал вдаваться. А генералы до момента его воплощения готовили почву — покорную паству, обеспечивая постоянный приток Веры, необходимый для будущих изменений. Ведь править и владеть пустотой они не хотели.
Кьярх одной волею может уничтожить все живое и лишь верные ему получат защиту и шанс жить в новом мире. В нем не будет ни богов, ни духов, только Генералы — высшая каста правящих, по указке которой все будут жить — никакой альтернативы, никаких восстаний, вся сила и магия только в их руках. И лишь они станут решать, кого одаривать, а кого карать.
Так себе утопия.
Генералы были богами, Высшими, которых по разным причинам не устроила их жизнь, а скорее всего, зависть и обиды подтолкнули их к созданию секты. При этом, все Высшие, отнеслись к угрозе серьезно, и охотились на легион, что лишь подтверждало — Кьярх самая что ни на есть реальная угроза. По крайней мере, Калохар в это верил.