— Мастер, что вы имеете в виду?
— Вы очень сильный, вернее, потенциально сильный стихийный маг!
Глава 25-2
Серые камни холодили кожу, но ему нравилось их касаться, гладить, впитывая в себя прохладу подземелья. Не смотря, на то, что Валдис был уроженцем южного шема и всю юность провел под палящим солнцем пустынь, его всегда тянуло на север, и когда впервые довелось побывать в имперском городе посреди дождливой осени — понял, что больше ни за что не вернется на родину. Но пришлось, и не раз. А теперь этот тропический город цветников и зноя…
Скрипнула дверь, и в просторную залу вошли трое мужчин — вороновых выкидышей, — как он прозвал их, едва узнав, что они учудили. Помятый и опухший после ночных возлияний младший сын барона Энземского уже успел выслушать не одну сотню ругательств и проклятий, когда Валдис буквально за шкирку вытащил его из постели и приволок в логово Шепчущих и потому был молчалив и не смел глаз поднять. Это хорошо вороненок понял, в логове тигра нужно вести себя смирно, если не хочешь стать обедом. Его подельники, они же костяк главенствующей банды города — глаз не опускали, а дерзко с вызовом и претензией смотрели прямо на колдуна.
Ничего, скоро присмиреют, в конце концов, именно я вытащил их из затхлой тюремной темницы, где их, вероятнее всего, ожидал обвинительный приговор и плаха. Граф всерьез взялся за дело и больше не станет закрывать глаза на выходки аристократии, и как назло, комиссар слишком ему предан и неподкупен. Убрал бы обоих — но шума будет слишком много. Слишком, чтобы мы успели завершить начатое дело и убраться.
— Ваша жизнь теперь принадлежит нам, — начал он, медленно обходя залу и мельком любуясь переливами камней на древних колоннах, — а чтобы вы не питали иллюзии, предупрежу, одно грубое слово, дерзкий взгляд, и вы познаете, что такое, когда вас буквально выворачивает наизнанку и рвутся сухожилья.
Замолчал, особенно пристально глядя в глаза усатому блондину, что явно только что проглотили язвительные слова, но глаз не опустил, в отличие от одноглазого подельника. Виргус словно почувствовал, что Валдис вполне может обойтись и двумя Воронами, и ткнул гордеца в бок. Подействовало. Взгляд опустил.
— Вот и словно, — тон Валдиса стал доброжелательным, — теперь о ситуации, вы подвели нас, и мало того что не смогли поймать одну девицу, так еще и выдали о наших делах посторонним. Но можете славить Владыку, что все еще можете быть полезными, но! На слово доверять вам я больше не могу и поэтому перед тем, как продолжить беседу, каждый из вас присягнет Владыке, — не сдержал улыбки, тогда все трое вздрогнули и завертели зрачками, — прямо сейчас!
— Вы хотите принять нас в ваши ряды? — осмелился спросить Виргус, а Валдис даже не стал злиться: пусть задает вопросы, это признак, что еще не все мозги растерял.
— Нет, вам еще нужно это заслужить, но Владыка будет приглядывать за вашими деяниями и может быть, если на сей раз, вы не подведете его, одарит вас такой милостью. А может, и нет, но главное, вы будете живы и здоровы и даже богаты. Как и обещал, вы получите оговоренную награду.
— А проку от нее, если нас разыскивают. Награда от тюрьмы не спасет, — это блондин Шарк, разул роток.
— Мелочи, после того что мы совершим, никому не будет до вас дела. Можете верить мне, можете, нет, но сейчас для каждого из вас есть лишь два варианта, принять мои условия или умереть.
— Мы согласны, — чуть ли не проорал Виргус, — я готов присягнуть кому угодно, лишь бы отомстить за свое унижение!
Его подельники не были настолько красноречивы, но согласие дали. Валдис потер руки и мысленно связался с главным жрецом — пора.
Он появился бесшумно, просто вышел из темного угла, как всегда, в длинном балахоне и безликой маской на лице. Валдис отпустил приготовленное заклятие, и аура почтенного трепета распустилась по залу. Трое мужчин, сами не понимая того что делают, опустились на колени. Жрец остановился подле них и вскинул руку с адамантитовым перстнем в виде пяти черных лепестков и произнес:
— Владыка внемлет. Говорите!
Мужчины хором и невпопад заговорили. Не так важны были слова присяги, как желание, и неважно, почему эта троица захотела присягнуть Ему. Лепестки на перстне поочередно вспыхнули, невидимые путы подчинения потянулись от жреца к Воронам. Настроение Валдиса, наконец, хоть, немного, да улучшилось.