— А что бы ты делала, если бы не моей команде досталась эта миссия?
— Ну… меня бы спас другой лэр, — рассмеялась, — я тоже рада, что ты приехал. А ты будешь меня помнить?
Яхо нахмурился:
— Помнить? Для начала нужно расстаться, а я пока не планирую. Как насчет того, когда все кончиться сходить куда-нибудь со мной, прогуляться, поужинать.
— На свидание зовешь! Только никаких книг. А вот на танцы я бы с тобой сходила.
— Можно и на танцы. Только обещай больше не сбегать с эльфами.
— Обещаю. Но если ты не приведешь с собой одну вредную эльфийку.
— Обещаю.
И разговор как-то сама собою затих.
Они лежали, глядя в небо. Искусство молчания тоже важная вещь. И по тому, как себя чувствуешь, с кем-то в тишине, можно понять многое.
И я в очередной раз все для себя поняла. Но поздно…
Не будет никакого свидания, и танцев, но хотя бы будут хорошие воспоминания обо мне. И все будут живы…
Привстала и поглядела на Яхо.
Глаза закрыты, дыхание ровное. Но едва ли он успел крепко уснуть. А скоро рассвет и скоро за мной придут. Надо уходить, пока он не проснулся и не понял в чем дело и не пострадал. Прости, что придется это делать.
Вэй тихонько запела, вкладывая в слова заклинания сна. А по щекам покатились слезы. Посмотрела наверх, в небо и, казалось, звезды и богиня Айне, пела вместе с ней.
Песнь кончилась… Внезапно. Будто не она по собственной воле завершила звездный плач. Словно некто закрыл рот кляпом и приказал молчать.
Взглянула на спящего Яхо, и поцеловала его.
— Прощай.
Встала и, не оборачиваясь, зашагала в центр рощи, где уже чувствовала появление колдуна. Холод пробрался под мокрую одежду, стало зябко, неуютно.
А как там Яхо, не замерзнет ли, на сырой земле?
Нет. Скоро придет Лин и разбудит его. Она-то его точно не бросит. Она не я…
Над рощей залились карканьем вороны. Вэй вышла к Валдису и сходу заявила:
— Я не поняла, что это была за астральная тварь? Мы так не договаривались. Я уже не говорю, что один из ваших бандитов меня чуть не зарезал? Это так я вам нужна?!
— Проделки моей ученицы. Я сам не знал, что она перейдет черту. И как я вижу, с бандитом вы сами прекрасно разобрались.
— Одни оправдания! И что мне делать, если она опять перейдет…
— Этого не будет. Пойдем, покажу кое-что.
И он повел в центр рощи. И Вэй узрела, то от чего вся спесь спряталась в дальний уголок души. В круге лепестков лежала Катрин. Девушка была в сознании, но явно парализована. Глаза бешено вращались, а страх так пропитал ауру, что Вэй стало плохо, даже стоять рядом.
— Перечить мне, смертельно опасно, птичка — склонился над ученицей Умар, — но твоя жизнь послужит нашей цели. Радуйся, ты не зря топтала этот свет.
Из-за толстого дерева вышли двое в черных плащах — высокий почти под два метра и совсем мелкий.
— А сейчас тихо — прошептал Валдис, и отвел ее в сторонку — вздумаешь помешать, вспомни о нашем договоре. И радуйся, что вместо нее не очередная одаренная беспризорница или кто-то из твоих друзей.
Вэй, все еще пребывая в состоянии странного оцепенения, покорно кивнула.
Высокий мужчина начал читать старинное заклятие пробуждение артефакта, как закончил, достал крючковатый нож и отдал мелкому.
Дрожащие нечеткие движения и алая кровь повсюду.
Звук треснувших ребер. Высокий мужчина вытаскивает еще живое бьющееся сердце и протягивает второму, тихо, на грани слышимости приказывает пронзить его ножом.
Он не хочет. Вэй чувствует это всеми фибрами души, не хочет, но подчиняется…
Последний раз стукнуло сердце, и ужас и боль Катрин исчезла, впиталась в ожерелье, покоящееся на ее шеи. А душа легла на алтарь Легиона, крошкой упала в бездонный котел будущего обеда Великого и Ужасного Кьярха.
Вэй начало отпускать и ее затошнило. Валдис это заметил:
— Теперь можем уходить. И радуйся, что с тобой не поступят также.
Он открыл астральную дверь, и подтолкнул ее вперед. Они исчезли. А над городом проклюнулись первые лучики рассвета. И совсем рядом, за разрушенной стеной, закончилось изнурительное сражение, и эльфийка с перепуганными карими глазами перебежала старый мостик, повторяя лишь одно имя.