— Вы так об ожерелье говорите, словно оно живой человек.
— Оно это надежда, что мы еще увидимся. Она так мне и сказала. Пока оно с тобой я всегда смогу тебя найти. А! — граф спохватился и полез в нижний ящик стола — комиссар нашел к комнате прислуги, это содержимое тайника Катрин. Возьмите, может, вам оно как-то поможет.
В коробочке лежали несколько мешков с травами — самыми обычными, такие для чего угодно можно использовать и кулон.
— К — прочитала Линильвель гравировку на кулоне — ее имя?
Передала кулон Эшу
— Тут какие–то надписи на арейском, — поковырял металл, — ничего не разобрать, старый он похоже. Может, еще бабка ее таскала.
— Значит, не ее имя. Или имя ее родственника тоже начиналось на К? Он бесполезен.
Лин передала кулон йосейку. Он покрутил его в пальцах:
— Не думаю. Это не почерневшее серебро, а адамантит.
— Что! — воскликнули все.
Адамантит был из тех металлов, что добывались в самых мрачных подземельях. Ходили легенды, что этот металл прокляли некроманты. И оттого он обладал специфическим свойством удерживать темную магию. И портился от соприкосновения со святой водой и магией клириков, превращаясь в самое обычное серебро. Что частично и приключилось с кулоном воровки.
— А что если, это знак культа? — предположил Эш, и в комнате сразу повеяло холодом.
Граф и Лин ушли, а Яхо с Эшем вышли в пустой коридор.
— Нам нужно выяснить историю создание этого ожерелья. У меня предчувствие, что именно в ней и кроется все. И если в этом деле замешана какая-то секта, придется вызывать мага.
— Это так сложно! Ненавижу копаться в истории, — Эш схватился за голову, — умоляю, не заставляй меня покрываться пылью в библиотеках. Иначе я заработаю аллергию на чтение, и помру!
— Ты полагаешь, в библиотеках есть то, что нам нужно? — Яхо вскинул брови, глядя сверху вниз на коренастого напарника, — ты хоть головой думай. Будь все так просто, те, кто занимался поиском до нас, давно бы все выяснили.
— А может, они не особо умны, или сами в краже замешаны? Или граф не хочет нам рассказывать всего!
— Граф определенно не хочет. Особенно, что касаться той дамы с портрета. Но он не живет как отшельник и кто-нибудь из прислуги непременно что-то, да знает. Ты их и допросишь. Лин как закончит, займется тем же самым с высшим обществом и нашими предшественниками.
— А ты, как всегда, — серый кардинал нашей группы.
— Нет, я тень улиц этого города — Яхо ухмыльнулся — на этой миссии я не Лэр Триады, ни Даймё Мисуоми, я Пес, из самой кровожадной и смертоносной гильдии убийц и перво-наперво наведаюсь в самое злачное местечко этого города — Черный район.
Солнце прогнало остатки ночной дремоты, и каменные стены замка окунулись в лимонные ванны. Самые проворные лучики добирались до коридоров и комнат, ласково щекоча спящих. Но после полночного бала откликались на зов солнечных слуг лишь единицы, да и те не спешили расставаться с уютными перинами. Замковая прислуга давно научилась вставать до первой зорьки, а в день бала и не мечтала даже одним глазком заглянуть в царство грез. Дворецкий, тощий мужчина с обвисшим, как щеки карманного мопса, лицом после каждого вопроса Эша продолжительно молчал. Эшу ужасно хотелось скинуть плотную дорожную куртку и плащ и позволить телу остудиться от утренней духоты.
— Вы вспомнили?
— Это было давно.
— Что было давно? Или вы не хотите, чтобы пропажа вернулась к графу?
— Что вы! Не понимаю, как то, что случилось тридцать лет назад, может быть связано с пропажей.
— Все может быть связано! Ну? Или придется графа будить? А он так надеялся, что вы нам поможете.
— Не надо, — мужчина понизил голос. — Я расскажу, но графиня… Она взяла клятву с каждого, кто знал, сохранить все в секрете.
— Обещаю, дальше нас это не уйдет, — Эш заинтересовано подобрался вплотную к дворецкому, и тому пришлось попятиться. — А почему графиня так поступила?
— Потому что это был позор для нее и бесчестие. Ни одна дама не признает, что мужа волнует другая и что дочь любовницы растет под одной крышей с законными наследниками.