— Почему так не хочется встречаться с родней…— девушка поежилась. — Лишь от мысли, что мы увидимся мороз по коже.
— Но кто еще поможет вам все вспомнить?!
— А вы не считаете, что я могла от своей родни бежать. Может они хотели меня убить или принудить к тому, что я не хотела делать?
— Ничего нельзя исключать, как и строить пустые домыслы, давайте попросим у барона тайно разузнать все о вас. Если вы правы — он не даст вас в обиду. Такой уж он человек: добрый, порядочный.
— Ладно. Но пообещайте, что сами не будете пытаться найти мою родню.
— Обещаю, миледи — Аман приложил руку к сердцу и склонил голову. — А сейчас мне нужно переговорить с человеком барона. Я позову служанку, она выполнит все ваши распоряжения.
Несколькими часами ранее.
Солнце проникало сквозь легкие занавески небольшой комнаты. От резких порывов ветра они вздымались, обнажая перед золотыми лучами деревянную кровать.
Девушка, очнувшись от, казалось бы, вечного сна, разглядывала незнакомую обстановку. Старый шкаф, косоногий стол и кровать, на стене гобелен с изображением пасущегося оленя у ручья, тканый ковер на полу. Безвкусно и просто.
— С пробуждением! Я уже несколько часов пытаюсь тебя разбудить — мужской голос раздался, словно отовсюду и ниоткуда одновременно.
Она вздрогнула и огляделась. Но в комнате по-прежнему никого не было.
— Что это было? Показалось? И почему так голова болит? — дотронулась до лба и нащупала тугую повязку, — что со мной случилось, где я и… кто я?!
Паника на миг охватила ее. Но девушка несколько раз глубоко вдохнула и напрягла память, сосредотачиваясь на самом простом — вспомнить имя.
— Вэй! — звук будоражил сердце ласковой волной. Как если бы был чем-то родным. И тут же на ум пришло еще одно имя. Имя, принадлежавшее тому неизвестному голосу: — Калохар?
— Эмм, да. Тебе что память отшибло?
Она приподнялась.
— Похоже на то. Ты кто такой? Почему я вспомнила твое имя? Почему я тебя не вижу? Ты призрак?
— Стоп! Давай по порядку! Слышать меня можешь лишь ты, посему не говори вслух, если хочешь ко мне обратиться, а то примут за сумасшедшую. И я не призрак, скорее дух. Наши души скованы одной цепью, сейчас у меня нет тела, и я фактически живу в твоем внутреннем подпространстве, и ты мое окно в мир. И я знаю тебя очень давно, напарница.
— И ты поможешь мне все вспомнить? Ой, прости — похлопала ладонью по рту.
— Ты должна все сама вспомнить. Но не сейчас!
— Почему?! — хлопнула руками по постели. — Я хочу сейчас!
Она до боли в висках зажмурилась, отчаянно желая разбудить воспоминания.
Получилось?
Картинки, сцены, голоса, проносились перед мысленным взором. Слишком быстро, слишком красочно. Но стоило потянуться, пожелать, чтобы они замедлились, бесцветная пелена забвения, туманом накрывала все. Вэй не сдавалась. И в голове тревожно забил молоточек. Но она продолжала шарить по пелене, словно мальчонка по речному дну в поисках камушков. Сжала кулаки, так что ногти впились в кожу. И уцепилась!
Сердце забилось чаще, когда ее окружили тысячи разноцветных пузырьков ее памяти. Потянулась к ним и… словно молния ударила.
В голове разразился безумный шторм боли. Хотелось кричать, но тело не слушалось, билось в конвульсиях, а воздух никак не мог наполнить легкие. Все стало неважным, кроме страстного желания, прекратить это.
Внезапно поток света пронзил шторм, и все кончилось. Она вдохнула и, облегченно застонав, свернулась калачиком на кровати.
— Никогда, так больше не делай! На твоей памяти висит блок, если вздумаешь его ломать, боль тебя убьет. Со временем стена падет сама, и ты все вспомнишь. Просто наберись терпения, а в остальном, я помогу. Ведь я твой здравый смысл. Слушай меня и все у тебя будет хорошо. А пока отдыхай и набирайся сил.
Когда лекарь ушел, Вэй скинула тяжелый халат и, раскинув руки, упала на постель.